Я в своей комнате. В своей кровати. За окном ярко светит солнце, а соседняя кровать заправлена и пуста.
Коснувшись лица, протерла глаза кулаками, но картинка осталась неизменна.
«Что произошло?..»
Я попыталась вспомнить прошедшую ночь, почему-то уверенная, что должна была очнуться на улице, на мокрой земле. Тут же воспоминания болезненно впились в голову.
Потайной зал в холле, Габриэлла, совершенно сбитая с толку, драка со сторожем и попытка побега… Стефано, его полный ненависти почерневший взгляд, и последние слова, сказанные мне…
«Что же он сказал?»
Я поднялась с кровати, ожидая, что все тело будет неистово болеть. Однако на пол я ступила так бодро, словно только проснулась после долгого приятного сна. Вытянула вперед ладони, что еще ночью были в кровь ободраны, и обнаружила, что они выглядят совершенно нормально.
Я подошла к зеркалу, ожидая увидеть грязное лицо, замыленные волосы или платье, заляпанное уличной грязью. Однако на меня смотрела совершенно обычная девушка с растрепанной после сна челкой и замявшимся, но чистым подолом ночной сорочки.
«Неужели это был сон?» — задалась я вопросом, всматриваясь в собственные глаза.
Он был таким реалистичным, таким живым, что в это верилось с трудом. Но если бы случившееся было правдой, вряд ли бы я сейчас стояла перед зеркалом в собственной комнате… От меня бы избавились этой же ночью.
«Свои оставшиеся дни ты проведешь внутри особняка. И поверь, их осталось немного».
Слова Стефано прозвучали как наяву. Я резко обернулась, решив, что мужчина стоит сзади. Но за спиной оказалось пусто.
Всплывшее воспоминание ударило под дых. Я сквозь зубы втянула воздух и бросилась к входной двери.
Что это значит? Он собирается убить меня?!
Стремглав пробежав по коридору, я кинулась на лестницу. Перепрыгивая ступеньки, спустилась вниз и за считанные секунды оказалась у входной двери. Схватившись за ручку, дернула ее на себя, солнечный свет ударил в глаза, я ринулась вперед и… Тут же ударилась о невидимую преграду.
Схватившись за лоб, я отступила назад. Дверь открыта. За порогом — яркий солнечный день, зеленая трава и голубое небо. Но я… Я не могу выйти.
Мои руки вжались в невидимую стену. Я зашарила вверх-вниз, пытаясь понять, что не дает мне выйти. Стекло или… Или… Я не знаю что!
Попыталась продавить «нечто» собственным весом, но ничего не вышло. Оно не пропустило меня на улицу.
Вдруг захотелось рассмеяться. Заливисто, громко и безудержно. Это просто смешно! Я схожу с ума! Не могу выйти в открытую дверь! Как такое возможно?!
— Я же сказал тебе.
Голос Стефано, раздавшийся за спиной, заставил меня вздрогнуть. Я резко обернулась и опасливо вжалась в стену.
— Что происходит? — сипло спросила я. — Почему я не могу выйти?
— Потому что я так решил, — мужчина хищно усмехнулся и сделал шаг вперед.
Его черный костюм с расстегнутым пиджаком выглядел небрежно, но при этом лаконично строго. Мужчина спрятал руки в карманах брюк и вальяжно остановился.
— Ты решила поиграть с огнем, Мартина, теперь же в нем и сгоришь.
«Мартина».
«Он знает, кто я».
— После Стеллы жертвой стану я?.. — смертельная догадка пронзила сердце острым лезвием. Внутри все сжалось от страха, и я едва смогла вдохнуть раскаленный воздух.
— Твоя сообразительность тебя убивает.
— Вы не можете держать меня здесь. Я расскажу обо всем остальным горничным. Вместе мы сможем с вами справиться.
— Попробуй, — Стефано скрестил руки на груди. — Они, конечно, тебе поверят.
— Я найду способ их убедить.
— Тогда вы все окажетесь в зале для приношений. И будете умирать там по-очереди.
Стефано отвернулся и медленно пошел прочь. Он кинул напоследок:
— Скоро Габриэлла отправится за тобой. Не волнуйся.
Я почувствовала, как внутри все оборвалось. Смерть. Это она положила мне на плечо свою костлявую руку. Ее холод прошелся по моей спине. Я проиграла.
Жгучая ненависть ослепила меня. Чувствуя, как потеряла все, я едва не сбилась с ног. Резко дернулась вперед, побежала и с рыком кинулась на Стефано. Мне нечего терять. Он забрал у меня все.
За мгновение до того, как мои руки дотронулись до его спины, Стефано резко обернулся и сжал мое горло своей рукой. Я оказалась припечатана к стене холла.
— Что же ты хотела сделать? — прошептал он весело. — Думаешь, что можешь противостоять мне?