Но Лена удивила его: вытащив все-таки свою сумку из его руки, она потянулась к нему и осторожно поцеловала его в ответ.
Сторонний наблюдатель мог бы подумать, что это невинный поцелуй в щеку, каким могут обмениваться даже друзья. Но только Толя знал, что Лена немного коснулась своими губами уголка его рта.
***
Через неделю Лена вдруг призналась ему в любви. Толя удивился: разве их поцелуи тогда, в первый солнечный день сентября, не сообщили уже об их чувствах? Однако Лена возразила, что это могло означать что угодно.
— Многие целуются просто так, ради прикола, — сказала она. — А я… Ты мне все-таки нравишься.
Толя не раз слышал про бабочек в животе, которые появляются при взгляде на объект симпатии или взаимодействии с ним. Лишь сейчас он понял, каково это. Оказывается, довольно приятно.
— И ты мне нравишься, — неловко произнес Толя, когда в очередной раз они подошли к подъезду Лены, до которого он провожал ее с шестого класса. — Вернее, не так. Черт… Сложно сказать. Но я попробую! В общем… Лен, я люблю тебя. Давно уже. Года два. Может, три. А может…
Лена поспешила заткнуть ему рот поцелуем, потому что боялась, что ее самый лучший и любимый дружочек наговорит сейчас всяких глупостей. А ей оно надо?
***
Через месяц Лена и Толя ходили под руку, не стесняясь никого. Одноклассники сначала торжествовали — они же говорили, что парочка Курагиных на самом деле сладкая, а не дружеская, но вскоре уже провожали их завистливыми взглядами. Девчонки мечтали о том, чтобы им тоже таскали увесистые сумки с учебниками и всякой всячиной, а парни — о том, чтобы им хватало смелости не скрывать своих чувств не только от девчонки, которая нравится, но и от окружающих.
Толя с Леной же, казалось, жили в своем мире. Они практически не обращали внимания на происходящее вокруг, что часто не нравилось учителям, уроки которых Лена и Толя не воспринимали — настолько были поглощены друг другом.
Однако ребят это не сказать чтобы слишком сильно беспокоило. Лена уже знала, что после девятого уйдет в колледж и ни о каких ЕГЭ ей думать не нужно. Толя же был уверен в том, что проблема выпускных экзаменов из одиннадцатого класса — это уже проблема Толи-одиннадцатиклассника. А значит, вполне может подождать еще годик.
А может, и два.
Дружба начинается с улыбки
Лена и Толя стали друзьями лишь спустя некоторое время после того, как новенького Щедрина посадили к ней за парту.
Поначалу Лена была недовольна решением классной руководительницы рассадить ее и ее лучшую подругу Виолетту. В начальной школе их упорно сажали так, чтобы мальчики сидели с девочками. Состав класса это позволял: было четырнадцать мальчиков и столько же девочек. В пятом классе количество учеников уменьшилось: ушел один мальчик и две девочки, а на их место пришло четверо новеньких.
Лена слезно упрашивала классную руководительницу посадить ее с Виолеттой, потому что сосед подруги, Миша, откровенно мешал той учиться. Он был не только лентяем и двоечником, но и хулиганом. Семья у Миши была неблагополучной, а к десяти-одиннадцати годам у этого мальчика было несколько бесед с инспектором по делам несовершеннолетних.
Однажды Миша чуть не воткнул циркуль Виолетте в руку. Наверное, это и заставило учительницу прислушаться к Лене и посадить Мишу вперед, чтобы он вел себя спокойнее. Подругам повезло наконец-то оказаться за одной партой, за которой они провели большую часть пятого класса.
А в шестом классе к ним пришел Толя. И классная руководительница почему-то решила посадить его именно с Леной.
Она умоляла оставить ее с Виолеттой, но учительница была непреклонна. Виолетта отправилась к Алине, еще одной их подруге, а Лене пришлось смириться с тем, что она снова соседствует с мальчишкой.
Лена мальчишек не слишком жаловала: они были чересчур активными, агрессивными и порой по-настоящему буйными, словно сбежали из психиатрической больницы. Мальчишки в их классе просто обожали играть в футбол или волейбол чьим-нибудь пеналом, тетрадкой или учебником.
Они также могли запросто потоптаться на вещах тех, кто им по каким-то причинам не нравится, и однажды Лена вернулась домой с рюкзаком, на котором четко отпечатались два следа подошвы. Еще кто-то из сидящих позади нее мальчишек засунул ей в волосы жвачку. Лена уже приготовилась было прощаться с волосами, которые отращивала едва ли не всю жизнь, но классная руководительница сумела ловко вытащить розовый слюнявый комок. Даже прядь выстригать не пришлось. Никто из сзади сидящих так и не признался, что это он захотел лишить Лену шевелюры.