— Поторопились надо было устроить засаду.
— Теперь поздно.
— Ну по крайней мере мы знаем, что с текущими сменами охраны воришка договориться не смог. Уже неплохо.
— Дмитрий Александрович! — прибежал запыхавшийся охранник — Там на проходной какие-то обэповцы предъявляют постановление, якобы мы должны их пропустить. Осмотреть помещения.
— Мать твою. Что за постановление?
— Я как бы не читал.
— Так, а где телефон?
На посту возле рабочего цеха стоял внутренний телефон. Марков позвонил на проходную и уточнил что написано в бумаге.
— Никого не пускать я сейчас приду! — повесил трубку Марков. — Твою мать!
— Что?
— ОБЭП с проверкой!
— Что это значит? — уточнил Руслан.
— Думаю по Эриху Краузе? Есть лицензия или нет на использование товарного знака? — предположил я.
— Это Штольца надо спрашивать. Ты знаешь что-то об этом? — спросил Марков у Нигматуллина.
— Нет.
— Так-так-так — явно пытался что-то придумать Марков.
— Предлагаю вам тормозить их на проходной. Минут десять всяко выиграете, а мы пока с Русланом к Штольцу, уточним хочет он показывать продукцию или нет?
— И что это даст? Если у них постановление на осмотр, то пройдут, будем упираться вызовут маски-шоу, а нам потом головняк от разрешиловки.
— Свет вырубим скажем отключено за неуплату! — предложил я. — Благо и счет и досудебка от соседей есть. Продукция готовая отгружена, осталось ее мало, что есть припрячем куда скажет Штольц, станки там вряд ли чего поймут опера без света и возможности их запустить.
— Неплохо, — подумав кивнул Марков. — Бегом давайте к Штольцу.
Ворвавшись к Штольцу мы его конечно изрядно напугали. Есть у него лицензия или договор какой, он так и не ответил нам прямо. Все только возмущался за что дескать, я плачу такие деньги?! Я так понимаю, что лицензии у него нет, а если какие бумаги и есть, то скорее всего фальшивки и он их даже доставать испугался.
— Бегом-бегом! Шевелитесь! — орал Штольц уже на рабочих в цеху.
Часть товара валялась на месте, у станков. Знаки наносили уже на готовую продукцию, так что закрыть и спрятать надо было не так уж и много продукции. Свет погас.
— Черт что опять?! — возмутился Штольц.
— Это уже мы же отключили.
— Типа стоит завод. Света нет, так операм искать сложнее.
— Ясно. Быстрее тогда тащите! Зажгите что-нибудь для освещения фонарь какой. Есть у кого фонарь?!
В это время на проходной на Маркова орали и грозились вызвать ОМОН, если он не пропустит законную проверку. Марков же мялся, перечитывал бумагу. Тянул время. Потом взялся пропустить, но переписав данные удостоверений всех входящих.
— Руководство решит подавать жалобу, так что данные каждого я запишу. Это вполне законное требование дать мне данные ваши записать. — объяснял он.
Я предполагал, что мне может сильно не повезти и среди проверяющих сотрудников окажется Пудов. Если он хоть немного верит в мою отмазку, то встреча тут, однозначно заставит его понять, что к чему. Ведь при последней встрече я не говорил, что хочу уволится, а наоборот говорил о планах внутри системы. Всего не предусмотришь.
— Мансур, ты куда? — окликнул Руслан.
— В комнату охраны, накину зеленую форму что бы на охранника похожим быть.
— Зачем?
— Людей надо спрятать куда-то, с ними кому-то надо сидеть из нас. Ты пойдешь?
— Эм…
— Я быстро. Накину зеленую форму, что бы меня с ними не путали, меня же никто не знает.
Я убежал в комнату отдыха охраны и, как и думал, нашел там пару чьих-то шмоток на вешалке. Накинул куртку, и кепку натянул, закрыв большую часть лица. Полюбовался собой в зеркало, ну какой-то усач, нормально.
— Сейчас все идем за мной, Михаил Сергеевич, где людей спрятать? — спросил я у Штольца. — Если завод стоит, то люди портят картину понимаете?
— Пойдемте. На чердак! Рядом с кабинетом моим лестница, там выход на чердак! Сидите только тихо, на чердаке.
Над зданием офиса и впрямь был чердак. Толстожопая «Асфальтоукладчица» была брошена нами у люка, в который она не влезла бы ни при каких обстоятельствах. Остальные действительно разместились на чердачном помещении. Заставить их сидеть тихо было сложно.