Красивый.
Но...
Он стоял так, что хотелось съежиться и зажмуриться. А еще лучше испариться отсюда к чертям!
- Врач, говоришь? Иди тогда, помогай. Если сделаешь что-то не так...,- он положил на стол серебристый пистолет.
Я судорожно сглотнула слюну и кивнула.
Вот дура.
Зачем полезла? Молчала бы в тряпочку.
Вечно мне больше всех надо.
Инстинкт самосохранения вопил, но иначе я не могла. Человек действительно умрет, если не помочь ему прямо сейчас. А я не для того пошла в медицину, чтобы равнодушно смотреть на такое.
– Нужно снять рубашку, помогите мне,- попросила я мужчину, не поднимая головы. Стала расстегивать скользкие от крови пуговицы, стараясь не подходить к черноглазому ближе,
На всякий случай.
А он заметил это.
Хмыкнул. Ухмыльнулся кривовато и просто рванул ткань. Резко, но аккуратно. Так, чтобы не потревожить раненого.
Я помощь оценила.
И размеры бицепсов тоже.
Но все мысли тут же выветрились. Переключились на осмотр пациента.
Пулевое отверстие было ровное, гладкое. Кровотечение сохранялось. Что было одновременно и хорошо, и плохо.
Хорошо, что кровь идет наружу, а не скапливается внутри. А плохо тем, что вылилось ее уже предостаточно.
– Надавите здесь,- я схватила руку стоящего рядом мужчины на автомате. Горячую, жестковатую, покрытую короткими упругими волосками на тыльной стороне ладони. Прижала ее к ране на груди пострадавшего.- Какие-то обезболивающие есть? Нашатырь? Бинты?
Сейчас я была не запуганной девчонкой в плену у непонятно кого.
Я была отличным специалистом. Профессионалом, который спасал жизнь.
– Принеси!- короткий приказ и один из охранников выскочил за дверь.
Минута и в моих руках оказалась аптечка.
Ура!
Стерильная перевязь, вата и нашатырь – все было.
Увидев шприцы и ампулы с анальгином, я обрадовалась еще больше.
Зубами разорвала упаковки бинтов. Завернула в них куски ваты и, убрав ладонь своего пугающего помощника, прижала к ране.
– Помогите его посадить, нужно найти выходное отверстие пули.
– Посадить? Ты рехнулась?
Я его понимала.
Большинство людей не знает, как нужно оказывать первую помощь при огнестрельных ранениях.
А может, он мне просто не доверяет.
Это более вероятно, я ж не идиотка. Вон как наблюдает за каждым моим движением.
Но сделать это было необходимо!
– Сажайте!- повысила я голос.- Я сама не смогу, он тяжелый.
Он охренел.
Секундная заминка показалась мне вечностью.
Я успела вспотеть под тонкой блузкой и сразу же замерзнуть.
На него, наверное, никто никогда не повышает голос.
Но черноглазый подчинился.
Очень аккуратно, бережно присадил раненого.
Пострадавший сразу застонал, но глаз не открыл.
– Вот черт,- заскулила я внутри себя.- Если пробили легкое, то выжить ему вряд ли удастся уже. Интересно, что с плеврой?
Мне было страшно.
Очень страшно.
Счет идет на секунды.
Что, если он сейчас умрет на моих руках?
Глава 2
Но останавливаться я не имела права. Есть пациент – есть знания и препараты. Делай все, на что способен. Только не навреди!
Я сжала зубы, задвигая страхи на задний план, и стащила остатки рубашки, кровавые лохмотья, с покатых плеч. Мне нужно осмотреть его спину. Нужно выходное отверстие.
Но его не было.
Пуля внутри. Это значит только одно – операция. Но ее здесь не провести! Нужны инструменты, нужна стерильность! Тихий стон коснулся моих ушей.
Я схватила аптечку, набрала в шприц обезболивающее и воткнула иголку в мощное плечо.
Попробую снять шок для начала.
Сунула ампулку нашатыря в руку черноглаза и велела дать вдохнуть раненому. Держать рану и артерию уже не было смысла, я просто приклеила бинты пластырем. Было бы выходное отверстие – перевязала бы.