О Линде с тех самых пор ничего слышно не было. Фамилия, по которой она пришла учиться, ей на самом деле не принадлежала. Более того, я не могла понять, когда успела перейти ей дорогу. Да и девушка сама всегда демонстрировала дружелюбие по отношению ко мне.
Тяжелее всех в этой ситуации пришлось Эланду. Юный эльф был искренне влюблён в ведьму, пусть та и не являлась его единственной.
Меня же от занятий временно отстранили до полного выздоровления. Пусть от шрама почти ничего не осталось, но фантомные боли периодически давали о себе знать. К тому же, втайне от всех, я сливала понемногу магию в Рэна. Для него это было едва ощутимым, иначе бы он мне не позволил. Я так скучаю по его губам…
Даже сейчас мой оборотень находился рядом и лежал в стороне, наблюдая за мной.
– Рэн, – позвала я. – Пойдем, на сегодня хватит.
Волк тут же вскочил и побежал рядом со мной. По пути я заглянула в столовую, прихватив еду на троих. Светиться особо не хотелось, да и волка многие опасались. Ни один оборотень не позволял себе разгуливать по академии в животном обличье. Однако, после того, как у ворот академии приземлился черный дракон, удивляться здесь уже перестали.
Шон предпочитал принимать пищу исключительно в моём обществе. И да, меня переселили в комнату парней как супругу. Ещё один повод для сплетен. Но, откровенно говоря, мне так плевать.
В комнату мы пришли почти одновременно.
– Дорогая, – улыбнулся он. – Как прошёл день?
– Всё так же, – пожала я плечами и поцеловала мужа.
– Ты себя абсолютно не жалеешь, – проворчал он, помогая мне разложить еду.
– Ну, я бы не отказалась от другой тренировки, – мурлыкнула я, обнимая парня руками сзади.
– Ты ведь знаешь, что нужно беречь силы, – развернулся он и виновато улыбнулся.
– Вот почему вы все так решили? – закатила я глаза. – До того, как снять проклятие, я получала силу именно так. Твоя магия, кстати, несколько месяцев меня питала.
– Обсудим это чуть позже, – попросил Шон. – Вот Кай вернётся…
– Каю вообще сейчас не до всего, – надулась я. – Зачем мне столько мужей, если один без другого отказывается ко мне притрагиваться?
– Ну ты же хотела, чтобы мы перестали ссориться? Посмотри теперь, какая у нас образцовая семья: жена, два мужа и… собака.
Позади раздался недовольный рык Рэна.
– Шон! – возмутилась я. – Во-первых, не собака, а волк. А во-вторых, однажды он сможет обернуться. И поверь, это он точно тебе припомнит.
– Если обернётся, – возразил Шон, и мы посмотрели на Рэна.
– Я сделаю всё, что в моих силах, – протянула я руки к волку. Он послушно подошёл и стал терпеть поглаживания. Одновременно я напитывала его.
– Я всё вижу, – пожурил меня Шон, а я напряглась. – Не переживай, останавливать не буду.
– Спасибо, – ответила я.
Обедали мы молча. Каждый думал о чём-то своём.
– Мне нужно поговорить с Калебом, – вдруг вспомнила я. – Я ведь ему так и не сказала, что Лойс может знать, где его жена.
– Не переживай, – успокоил меня Шон. – Я ведь тоже там был и всё слышал.
Я кивнула.
По магпочте пришло письмо. Шон взял его первым.
– Тебя ректор вызывает, – поднял он на меня глаза. – Не иди, если не хочешь. Я сам могу.
– Нет, – покачала я головой. – Наверняка, это по поводу занятий. Я уже засиделась.
Волк тут же решил проследовать за мной.
– Рэн, – улыбнулась я. – Я туда и назад. Честно.
Волк отрицательно качнул головой. Вот как с ним разговаривать?!
Ректор сидел за столом и хмурился, глядя на письмо, что было у него в руках.
– Проходите, адептка, присаживайтесь, – сказал он, мельком взглянув на меня.
– О чём вы хотели поговорить, профессор Шмидт?
– Ваша мать требует отчислить вас. Снова.
– И почему я не удивлена? – хмыкнула я. – Что на этот раз?
– Цитирую: «Стены вашей академии оказались недостаточно надёжными для того, чтобы в них училась моя дочь. Поэтому, верните леди Бьянку под крыло матери».