— Мне не интересны твои желания. Но ты хотел поговорить, — села на стул, демонстративно скрестила руки и закинула ногу на ногу, желая показать всем своим видом моё отношение к этому разговору. — Ты хотел извиниться?
— Нет.
— А мне кажется, что ты должен, — выгнула одну бровь от такой наглости.
— Мне не за что просить прощения, — без тени сомнения ответил он.
— Тогда зачем пришёл?
— Соскучился, — пожав плечами, он тепло улыбнулся мне.
— А я нет. Уходи.
Улыбка испарилась, уступив место усталости. Только сейчас я заметила его помятость. Словно он уже пару ночей совсем не спал.
Тильд тяжело вздохнул.
— Я специально избегал тебя эти дни, чтобы дать тебе время остыть, привести чувства в порядок и осознать их. Но ты, я вижу, ещё сопротивляешься.
— Мне нечего принимать! — стальным голосом ответила я. — Хватит навязывать мне то, чего нет и никогда не было. Если ты в меня действительно влюблён, то, прости, но я говорю тебе — нет. Как бывает у кронцев, я не знаю, но у людей чувства порой не совпадают, и тот, кто влюблён, иногда остаётся с разбитым сердцем. И ты сейчас среди них. Больше мне сказать нечего.
Я надеялась, что Тильда оттолкнёт моя речь. Он действительно напрягся. Ему явно не нравилось, что я говорю. Но вместо того, чтобы уйти, он за пару шагов пересёк комнату и, поставив руки по краям седушки, приблизился к моему лицу.
Этот манёвр был для меня неожиданным и пугающим (хотя вместо пугающим, правильнее было бы сказать волнительным, но я всячески отгораживалась от такой интерпретации своих чувств). Я вжалась в спинку стула, насколько это было возможно, и замерла, попавшись в ловушку аметистовых глаз.
— Ты маленькая обманщица, — тихо, на уровне шёпота проговорил Тильд. Его тёплое дыхание коснулась моих губ, и это ощущение пустило импульс по всему телу.
Язык прилип к небу.
— Если бы я был тебе безразличен, ты бы не позволила себя поцеловать, — тем временем продолжал он. — И я бы отпустил. Но ты ответила на мой поцелуй. Пусть потом и оттолкнула, но сначала ответила.
Я пыталась собраться с мыслями и ответить ему, но он опередил меня.
— И даже сейчас. Ты не сопротивляешься, — его губы почти касались моих. Я вдыхала его дыхание.
Думала, Тильд поцелует меня, но вместо этого он прошептал:
— Почему ты так яростно сопротивляешься своим чувствам?
Я почувствовала разочарование. Своим вопросом он разрушил весь момент и отрезвил меня. А осознав свою реакцию на него, я испытала глубокое чувство презрения к себе.
Как я могла?
Моя нижняя губа задрожала, а тело затрясло. Тильд увидел мою реакцию и отстранился, но из кольца своих рук не отпустил. А у меня не было сил бороться с ним. Всё что я могла, это спрятать лицо в ладонях и, поставив ноги вместе, согнуться к коленям.
Тильд опустился на корточки передо мной. Осторожно коснулся моего правого плеча.
— Эй, Ульяна. Ну что ты? Я не хотел напугать тебя. Я бы никогда не стал принуждать тебя к тому, чего ты не хочешь, — проговорил он ласково, со всей нежностью, на которую был способен.
— Дело не в тебе, — охрипшим голосом еле выдавила из себя я.
— А в чём? — не получив от меня ответа, он добавил очевидное. — Тогда, может быть, в ком?
Единственное, что я могла, это тихонько кивнуть.
— Значит, дело всего лишь в этом, — скорее самому себе, чем мне, проговорил он, но слова Тильда разожгли во мне жгучую ярость.
Я резко подняла голову, едва не ударив своей макушкой его подбородок. Отодвинув стул, встала и возвысилась над ним.
— Всего лишь? — прошипела я, сузив глаза до тонких щелочек. — Для тебя это несущественная мелочь? Да?
— Я не это имел в виду, — растерялся Тильд.
Он тоже встал, и теперь уже мне приходилось задирать голову, чтобы смотреть в его глаза.
— Я понимаю, что ты чувствуешь.
— Нет, не понимаешь! — перебила его. — Я всегда считала, что он моя настоящая любовь. Искренняя, всепоглощающая. Мне никто и никогда кроме него был не нужен. И всё это время я была уверена в своих чувствах. Но ты со своей подружкой-психологом лезете в мою голову, в мою душу! Коверкаете всё, во что я верила! — на грани истерики кричала ему. — И теперь получается, что мои чувства к Марку были ложью? Чем-то временным? Я чувствую себя грязной изменщицей и предательницей. Я искренне презираю и ненавижу себя за то, что ответила тогда на твой поцелуй. Но для тебя — это всего лишь небольшая проблема! И ты заявляешься ко мне и ждёшь продолжения!?
— Никто не говорит, что твои чувства к Марку были ненастоящими, — серьёзным тоном ответила он. — Ты отдала ему всё своё сердце, и оно по праву было его. Но он умер. И если твой мозг всё равно считает, что обязан хранить верность Марку, то твоё сердце решило иначе, — и уже мягче добавил. — И ты никакая не предательница! Ты верная, искренняя, самая замечательная девушка, что я когда-либо встречал. Я уверен, что будь Марк сейчас жив, ты бы и не посмотрела в мою сторону. Не кори себя за то, что ты живой человек, который хочет любить и быть любимым.
— Нет, — пыталась сопротивляться до последнего его сладким речам. В глаза уже давно не смотрела. Слишком страшно было вновь окунуться в их омут. — Я та, что хочет сражаться с врагом. Та, что хочет отомстить за любимого.
— Ульяна…
— Уходи, — перебив его, тихо, но твёрдо потребовала я.
— Послушай…
— У-хо-ди! — повторила вновь и отвернулась от него.
Тильд больше ничего не сказал. Постояв пару секунд, он развернулся и ушёл.
Глава 19
Стоило двери закрыться за Тильдом, как из глаз хлынул новый поток горьких слёз. Это были те слёзы, что прошлым вечером я пыталась подавить алкоголем. Но если Ирина только всколыхнула мои чувства, то Тильд вывернул их наизнанку. Рухнув на стул и поставив локти на колени, вновь спрятала лицо в ладонях.
Плакала долго, громко и некрасиво. Лицо всё распухло. Слёзы, сопли — всё смешалось, стекая с ладоней по рукам к коленям и ниже.
До этого момента я оплакивала любимого, но впервые за этот год проливала слёзы не из-за него. Они были от безнадёжности. Тильд дотянулся до моего сердца. Я могла сколько угодно оспаривать это вслух. Отталкивать его. Но я не могла не признаться самой себе в этом. Уже не могла. Ещё прошлым вечером у меня получалось, но теперь нет.
Страх топил душу. Я чувствовала себя пойманной в ловушку, из которой не было выхода.
Что мне было делать?
Сердце и вправду колотилось рядом с ним быстрее, по телу бегали мурашки, а его глаза завораживали меня. Как бы сильно я не ругалась на него в голове, каждый раз, выходя из комнаты, искала его взглядом. Это было неосознанно. А когда замечала, довольно быстро убеждала себя, что просто пытаюсь быть начеку.
Но теперь-то не было смысла обманывать себя. Мне просто хотелось его увидеть. Я скучала.
УЖАС!
Я скучала по нему!
От такого вывода слёзы потекли с новой силой. Не знаю, сколько я так просидела, но в какой-то момент рыдания стали затихать. Полностью успокоившись, я умылась холодной водой и легла спать.
Чем хорошо быть девочкой. Тебя не учат сдерживать слёзы, как мальчиков. А они о-о-о-очень хорошо прочищают мозги. Вот и мне помогло.
На следующий день я встала пораньше. Посмотрев на карте, где находится комната Тильда, решительно направилась к ней. Постучала. Я явно разбудила его. Удивившись, его сонливость ушла, но простая одежда в виде шорт и чёрной футболки, взлохмаченные волосы и красная щека, на которой он, видимо, спал, говорили сами за себя. Не теряя времени, заговорила.
— Ты прав, Тильд. Ты мне нравишься, — мои слова зажгли радость в его глазах и в миг потушили её, стоило мне продолжить. — Но я всё равно не буду с тобой. У меня есть свои цели и задачи, которые я не стану менять ради тебя. Так что прошу больше не тревожить меня.