Раиса Викторовна махнула рукой, и я, сохраняя достоинство, направилась в святая святых. Но за спиной чувствовала её взгляд — тяжёлый, недовольный, изучающий.
На кухне меня встретили напряжённые лица поваров. Марат подскочил сразу.
— Шеф, вы чего с ней так? Она же мать владельца! Уволит ведь!
— Не уволит, — ответила я, натягивая фартук. — Во-первых, я ничего противозаконного не сделала. Во-вторых, она только пришла, ей нужно показать, что мы не рабы, а профессионалы. А в-третьих… — я усмехнулась, — Волконский меня лично просил за рестораном присмотреть. Так что если она меня уволит, то он примет обратно…
— А вы та ещё штучка, шеф, — восхищённо покачал головой Игорь.
— Я просто знаю свои права, — пожала я плечами и включила плиту. — Работаем, ребята. Покажем ей на что мы способны!
Повара восторженно захлопали в ладоши, и работа закипела. А у меня в душе пульсировало странное чувство — азарт, смешанный с опасением. Мать Волконского явно не из тех, кто прощает дерзость. Но и я не из тех, кто позволяет себя топтать. Посмотрим, кто кого.
Глава 14
Рабочий день ничем не отличался от остальных: всё шло своим чередом. Я металась между плитой, разделочными столами и холодильниками, успевая контролировать каждый процесс. Руки делали привычное дело, мысли были заняты соусами и специями, и я почти забыла о существовании Раисы Викторовны.
Почти.
— Шеф, — позвал меня один из официантов, заглядывая на кухню. — Тут вам кое-что доставили.
Я оторвала взгляд от кастрюли и обомлела. В дверях стоял курьер с огромной корзиной цветов. Там было всё — розы, лилии, хризантемы, какие-то невероятные экзотические бутоны, названий которых я даже не знала. Корзина была такой большой, что курьер еле её удерживал.
— Это мне? — удивлённо переспросила я.
— Вам, — подтвердил он. — Распишитесь.
Я расписалась, приняла корзину и почувствовала, как на меня смотрят все повара. Марат присвистнул. Игорь одобрительно хмыкнул. Близнецы зашептались.
— Шеф, а вы шалунья, — подмигнул Марат. — Это от кого такой подарок?
— Понятия не имею, — честно ответила я, ставя корзину на свободный стол.
Я порылась в цветах и нашла прикреплённый конверт. Внутри была открытка с короткой надписью:
«Спасибо, что спасла вчерашний банкет. Мне уже обо всём доложили. Цветы для дерзкого шеф-повара. Д. Волконский».
Я улыбнулась. Несмотря ни на что, приятно.
— От босса, — пояснила я поварам. — За вчерашнее.
— Ого! — Марат подошёл поближе, разглядывая корзину. — А он умеет благодарить. Это ж сколько денег стоит…
— Работайте, — оборвала я, но улыбку спрятать не смогла.
Я уже собралась отнести цветы в кабинет, чтобы они не мешались на кухне, как дверь распахнулась, и в проёме возникла Раиса Викторовна. Её взгляд мгновенно упёрся в корзину.
— Это что такое? — спросила она ледяным тоном.
— Цветы, — спокойно ответила я. — Если вы не заметили.
— Я вижу, что цветы, — отрезала она. — Я спрашиваю, что они делают на моей кухне? И от кого?
Я вздохнула. Ну начинается.
— Это личное, Раиса Викторовна.
— Личное? — её брови взлетели вверх. — На рабочем месте? В рабочее время? Ты вообще понимаешь, что это нарушение дисциплины? Сотрудники не должны получать личные подарки во время работы, это отвлекает от процесса! К тому же тащить личное на кухню — верх безумия. Я оформлю тебе ещё один штраф!
Повара замерли, переводя взгляды с меня на Раису Викторовну. На кухне повисла напряжённая тишина.
А я вдруг рассмеялась.
Не громко, не вызывающе — но искренне. Потому что ситуация была абсурдной до невозможности.
— Раиса Викторовна, — сказала я, всё ещё улыбаясь, и протянула ей открытку. — Прочитайте. И если вы решите оштрафовать меня за этот подарок, то вам придётся объяснять своему сыну, почему вы наказываете сотрудника, которого он лично благодарит за спасение банкета.
Она взяла открытку, пробежала глазами по строчкам. Её лицо дёрнулось. На нём отразилось множество эмоций: сначала удивление, потом досада, потом снова маска ледяного спокойствия.
— Это ничего не меняет, — процедила она, возвращая открытку. — На рабочем месте не место личным отношениям.
— Передайте это своему сыну, — пожала я плечами. — Скажите, что это запрещено, пока вы заменяете его в ресторане. А цветы, — я погладила один из бутонов, — выкидывать не буду. Они слишком красивые.
Раиса Викторовна побагровела. Челюсти сжались так, что я почти услышала скрежет зубов.