Я заскочила в магазин у гостиницы, купила соков — гранатовый, апельсиновый, для восстановления крови, фруктов, какой-то лёгкий йогурт. Всё, что положено приносить больным. Села в такси и поехала в больницу, даже не позвонив предварительно. Зачем? Просто проведаю, оставлю гостинцы и уйду.
В больнице было шумно и суетливо, как всегда. Я поднялась на знакомый этаж, прошла по коридору, толкнула дверь палаты…
И замерла.
Он сидел на кровати, уже без капельницы, бледный, но явно идущий на поправку. Рядом с ним, прямо на краю постели, сидела девушка. Красивая. Темноволосая, с идеальной укладкой, в дорогой одежде. И она держала его за руку. Крепко, по-хозяйски, будто имела на это полное право.
У меня внутри что-то перевернулось.
Воздух кончился. Сердце пропустило удар, а потом забилось где-то в горле, часто-часто. В глазах потемнело на секунду.
Ревность? Это что, ревность?
Я моргнула, прогоняя наваждение. Нет. Не может быть. Я не имею на него никаких прав. Мы просто коллеги. Он мой начальник. И вообще, я ему даже переспать предлагала только ради мести, а не потому что… не потому что…
— Алиса! — лицо Дмитрия осветилось улыбкой, когда он увидел меня. Настоящей, тёплой, от которой у самой сердце ёкнуло. — Ты пришла!
Девушка обернулась. Окинула меня быстрым взглядом с ног до головы, и в этом взгляде было что-то странное. Не враждебность, нет. Скорее любопытство. Или оценка. Как будто она решала, достойна ли я находиться рядом с ним.
— Я… — я замялась, чувствуя себя ужасно неловко. — Я просто пришла проведать. Принесла соки, фрукты. Думала, может, нужно что-то для восстановления… Но вы, кажется, заняты. Я пойду.
— Нет, не уходи, — быстро сказал Волконский, и в его голосе послышалась настойчивость.
Девушка поднялась. Поправила идеальную юбку, взяла сумочку и, даже не представившись, направилась к выходу. На пороге она обернулась, ещё раз посмотрела на меня — тем же странным, загадочным взглядом — и вышла, бесшумно прикрыв дверь.
Я осталась стоять с пакетом соков в руках, чувствуя себя полной дурой.
— Я наверное помешала? — промямлила я.
— Ни капли. Я очень рад, что ты решила сделать мне такой сюрприз.
Я поставила пакет на тумбочку, присела на стул. Руки почему-то дрожали. Я сжала их в замок, чтобы он не заметил.
— Как вы себя чувствуете? — спросила я, глядя куда-то в стену.
— Лучше, — ответил Дмитрий, и я чувствовала на себе его взгляд. — Гораздо лучше, теперь, когда ты здесь.
Я подняла глаза. Он смотрел на меня с такой нежностью, что у меня перехватило дыхание.
— Не надо так, — выдохнула я. — Я серьёзно. Как здоровье?
— Здоровье поправляется, — усмехнулся он. — Врачи обещают скоро выписать.
— Я тут хотела спросить… Те типы, что на вас напали. С ними всё улажено? Они больше не появятся?
Волконский посмотрел на меня серьёзно.
— Да. Всё решено. Мои… давние проблемы больше никого не побеспокоят. Можешь не переживать за меня.
— Я и не переживаю, — соврала я, отводя взгляд. — Просто спросила.
Повисла неловкая пауза. Я понимала, что надо сказать что-то ещё, но слова застревали в горле. Та девушка. Её взгляд. Его рука в её руке. Почему меня это так задело?
— Алиса, — позвал он тихо. — Спасибо, что приехала. Правда. Мне очень приятна твоя забота.
— Это просто вежливость, — отмахнулась я, вставая. — Вы мой начальник. Если будете долго поправляться, в ресторане начнётся хаос. А ваша мама, знаете ли, — я запнулась, но продолжила, — она вообще что-то с чем-то. Боюсь, без вас мы там друг друга поубиваем.
Он улыбнулся.
— Обещаю, скоро вернусь и всё улажу. Потерпите немного.
— Потерпим, — буркнула я. — Ладно, мне пора. Мама в гостинице ждёт. Выздоравливайте.
Я развернулась и почти выбежала из палаты, не дожидаясь ответа. В коридоре перевела дух, прижалась спиной к стене и закрыла глаза.
Что это было? Почему сердце колотится как бешеное? Почему внутри противно и горько?
Я вошла в лифт, нажала кнопку первого этажа и прислонилась лбом к холодной стене. В груди странно ныло. Тянуло. Покалывало где-то глубоко, в самом центре.
Неужели я… Неужели он мне правда нравится? Не как начальник, не как инструмент мести, а как мужчина?
Но та девушка… Кто она? Его девушка? Просто знакомая? И почему меня это так волнует?
Лифт звякнул, двери открылись, выпуская меня в шумный больничный холл. Я вышла на улицу, вдохнула осенний воздух и попыталась успокоиться.
Глупости. Всё это глупости. Мне после предательства мужа ещё остыть надо, а не влюбляться в первого встречного красавчика.