Не моё. Всё это не моё.
Но сердце билось неровно, и где-то в глубине души затаилась противная колючка. Ревность. Или обида. Или и то, и другое вместе.
Глава 16
Утро началось с противного предчувствия. Ещё не открыв глаза, я уже знала — сегодня случится что-то нехорошее. Эта липкая тревога поселилась где-то глубоко в душе, свернулась там холодным комком и не давала покоя.
Я заставила себя встать, умыться, одеться. Мама ещё спала — вчера мы допоздна болтали, и она вымоталась. Я тихонько выскользнула из номера, надеясь, что свежий воздух разгонит эту дурацкую тревогу. Потом планировала позавтракать и пойти на работу. Хотелось хоть немного расслабиться с утра, но…
…расслабиться не получилось.
Я вышла из гостиницы, сделала несколько шагов и замерла.
Сергей стоял у входа, прислонившись спиной к фонарному столбу. Помятый, небритый, с красными глазами и осунувшимся лицом. Мой бывший муж. Сейчас уже почти бывший.
Он увидел меня и дёрнулся, сделал шаг вперёд, но остановился, будто боялся спугнуть.
Я вздохнула. Бегать от него бессмысленно. Рано или поздно этот разговор должен был состояться. Я расправила плечи и подошла.
— Сергей, — сказала я ровно, без эмоций. — Если ты пришёл угрожать, то сразу скажу — бесполезно. Я вчера подала заявление на развод. Онлайн. Так что скоро нас ничего не будет связывать. Можешь радоваться.
Он смотрел на меня, и в его глазах плескалась такая боль, что у меня внутри что-то дрогнуло. Но я приказала себе не раскисать.
— Алиса… — голос его сорвался. — Алиса, я не угрожать. Я… я жить без тебя не могу.
Я молчала.
— Ты даже не представляешь, как я страдаю, — продолжал он, но каждое слово поднимало во мне лишь неприятную паническую волну. — Эти дни без тебя — ад. Я не сплю, не ем, ничего не могу делать. Я понимаю, что натворил, понимаю, что был дураком… Но я не могу без тебя.
— Сергей…
— Подожди, дай сказать! — перебил он. — Я клянусь, я не буду больше вредить ни тебе, ни твоей семье. Никогда. Я дурак, я идиот, я готов на всё, что ты скажешь. Только дай мне шанс. Дай возможность исправить свои ошибки. Я всё сделаю. Всё, что попросишь.
Я смотрела на него и чувствовала, как внутри закипает что-то тёплое, болезненное. Ведь я любила его. Правда любила. И где-то там, в глубине души, ещё оставались крохи этих чувств. Любовь не проходит просто так, не выключается щелчком. Она уходит медленно, оставляя после себя саднящую боль.
Но я помнила. Помнила ту сцену в студии. Помнила, как он смотрел на неё. Помнила его руки на её теле. Помнила каждую секунду этого кошмара.
— А ребёнок? — спросила я тихо. — Твой сын? Ты про него тоже забыл?
Сергей побледнел ещё сильнее. Замотал головой.
— Нет. То есть да… Алиса, это не мой ребёнок! Это сын моего друга. Пойми, его отец погиб в аварии два года назад. Я помогал его вдове, деньгами, советами, просто поддерживал. А она… она начала ко мне клеиться. Но между нами ничего никогда не было! Ничего! Клянусь!
Он смотрел мне в глаза, и в его взгляде было столько отчаяния, что я почти поверила. Однако за целый год в браке он ни разу не сказал мне, что помогает вдове своего друга… Ни слова. Он проводил время с ней и её ребёнком, а я пребывала в неведении. Даже если они не были его второй семьёй, это всё не отнимало вины моего бывшего. Он должен был сказать мне правду уже давно.
— Я готов сделать ДНК-тест, — выпалил он. — Если ты не веришь, я готов хоть завтра! И ты увидишь, что это не мой ребёнок! Алиса, поверь мне, прошу!
Я слушала и чувствовала, как внутри всё переворачивается. А если правда? Если он не врал про вторую семью? Если тот мальчик действительно чужой?
Но студия. Помощница. Их переплетённые тела. Это я видела своими глазами.
— Сергей, — сказала я, и голос мой дрогнул. — Я помню. Всё помню.
Он замер.
— Что?
— Аварию я не помню, — продолжила я. — А вот то, что было до… Я помню каждую секунду. Как пришла к тебе в студию. Как услышала эти стоны. Как увидела вас с ней на диване. Как ты путался в штанах, пытаясь объяснить, что это «просто расслабиться». Я помню это, Сергей. И не забуду никогда.
Он рухнул на колени.
Прямо на тротуар, перед гостиницей, не обращая внимания на прохожих. Схватил меня за ноги, прижался лицом к моим коленям.
— Алиса, прости! — закричал Сергей, и в голосе его звучали отчаянные слёзы. — Это был порыв! Глупый, секундный порыв! Я хотел попробовать что-то новое, дурак, идиот! И я сразу пожалел! Сразу! Мне самому было противно, когда я думал об этом! А когда ты попала в аварию и забыла меня, я места себе не находил! Я понял, что потерял самое дорогое! Я просто хотел всё исправить, рассчитывал, что ты не вспомнишь, но корил себя одновременно.