— Ты пришла за двадцать минут до смены, — начала она. — Это, конечно, похвально, но недостаточно. Шеф-повар должен показывать пример. Должен приходить минимум за час, чтобы лично контролировать поставки, проверять качество продуктов, встречать персонал. А ты что?
Я моргнула. За час до смены? Поставки? Да они приходят рано утром, когда я ещё сплю, и их принимает кладовщик. Это его работа.
Но спорить не хотелось. Совсем.
Какой смысл доказывать человеку, что я не верблюд, если он явно убеждён в обратном? Уж лучше просто промолчать.
— Хорошо, Раиса Викторовна, — кивнула я. — Я учту.
Она, кажется, растерялась. Ожидала, видимо, возражений, препирательств, скандала. А я просто согласилась. Потому что сил не было. Потому что утро началось с Сергея на коленях, с его слёз и мольбы, с этой гадкой пустоты внутри. Мне было не до войн с мамочкой босса.
— Учтёт она, — пробормотала Раиса Викторовна, но в её голосе не было удовлетворения. Только раздражение от того, что не удалось меня задеть.
Я уже хотела пройти на кухню, но она остановила меня жестом.
— И ещё. Сегодня у меня важный обед. В ресторане буду обедать с будущей невесткой.
Я замерла. Сердце пропустило удар.
— Что? — переспросила я, надеясь, что ослышалась.
— Будущая невестка, — повторила Раиса Викторовна с явным удовольствием. — Девушка моего сына. Мы хотим пообедать, познакомиться поближе, обсудить детали. Она очень заинтересована в бизнесе, хочет узнать всё изнутри. Так что ты уж постарайся. Приготовь самое лучшее блюдо от шефа. И десерт. Чтобы всё было идеально. Это важно для имиджа ресторана.
Я смотрела на неё и чувствовала, как внутри всё сжимается. Будущая невестка. Девушка его сына. Та самая, что сидела в палате, держа его за руку? Или другая?
— Конечно, Раиса Викторовна, — выдавила я. — Всё будет в лучшем виде.
Она удовлетворённо кивнула и уплыла в сторону своего кабинета. А я осталась стоять посреди холла, чувствуя, как настроение, и без того паршивое, рушится окончательно.
Будущая невестка. Значит, у него есть девушка. Намерения у Волконского серьёзные, раз его мать уже так её называет. А я… а что я? Я просто сотрудница. Шеф-повар. Та, которой он цветы прислал и спасибо сказал. И ничего больше. Да, он пообещал подумать над моей просьбой провести со мной ночь… Но ведь это всё было шутки ради. Или нет? Он не против провести время в постели другой, несмотря на то, что есть невеста? Наверное, все мужики одинаковые… Эх… Таких в евнухи бы, и то больше пользы было бы.
Я тряхнула головой, прогоняя наваждение. Работа. Надо работать. А личная жизнь босса — совсем не моё дело.
На кухне было шумно и привычно. Марат уже орудовал ножом, близнецы спорили о пропорциях, Игорь настраивал гриль. Увидев меня, они приветственно загудели.
— Шеф, вы чего такая хмурая? — спросил Марат. — Опять эта… ну, мать босса достала?
— Достала, — буркнула я, натягивая фартук. — Работаем. У нас сегодня особый гость.
— Кто? — заинтересовались близнецы.
— Неважно, — отрезала я. — Важно, что надо выложиться на все сто. Так что готовим лучшее.
Повара переглянулись, но спорить не стали. Работа закипела.
Я металась между плитой и разделочными столами, пытаясь заглушить мысли работой. Но мысли не заглушались. Они крутились вокруг одного и того же: какая она? Та девушка из больницы? Или другая? Красивая? Умная? Достойная?
А главное — зачем он тогда смотрел на меня с такой нежностью? Зачем цветы? Зачем говорил, что рад меня видеть?
— Шеф, вы морковь вместо лука режете, — осторожно заметил Марат.
Я посмотрела на разделочную доску и выругалась про себя. Точно. Морковь. А лук так и лежит нетронутым.
— Задумалась, — буркнула я, откладывая морковь и хватая луковицу.
— Шеф, — подошёл Игорь, — может, вы присядете? А то вы сегодня сами не своя. Мы сами справимся, отдохните.
— Не надо, — отрезала я. — Я в порядке.
— Ага, в порядке, — фыркнул близнец. — Мы ж видим. Может, расскажете, что случилось? Мы мясо хорошо разделываем, но и языками тоже умеем работать, совет дать можем.
Я невольно улыбнулась. Дурачки. Какие же они дурачки.
— Всё нормально, ребят, правда, — сказала я мягче. — Просто утро тяжёлое. Спасибо за заботу. А теперь работаем. Через два часа обед.
Кухня снова зашумела, зазвенела, задышала привычным ритмом. И это спасало. В работе я забывала о личном. О Сергее на коленях, о девушке в палате Волконского, о словах Раисы Викторовны.
Ровно в час дня я получила заказ. Тот самый столик, что бронировала мать босса. Я лично контролировала каждое блюдо, каждую подачу. Рыба, запечённая в соляной корке, с нежнейшим соусом из белого вина и шафрана. Рискованный выбор, но если гостья разбирается в кухне, она оценит.