Я помню, как вскочила со стула, в тот момент, для меня это стало нормой- для меня многое тогда стало нормой – я постоянно кричала, нервничала, плакала – как говорили врачи – это гормональный сбой, поэтому перепады в настроении-нормальное явление.
-Айсель, сядь, пожалуйста, - было видно, что мой все терпящий муж держится из последних сил. – На нас все смотрят.
Я села на стул: «Я должна постараться взять себя в руки? Я?» – Моему гневу не было предела. Слезы душили меня.
И тут мой муж сказал фразу, после которой меня просто переклинило: «Послушай меня. Может быть, тебе покажется слишком жестоким то, что я сейчас скажу, но я больше так не могу. Прошло уже почти полгода, полгода, как мы потеряли нашего ребенка, нашу прежнюю жизнь. Я знаю, что то, что ты пережила – не каждому под силу пережить. Но сейчас ты продолжаешь себя жалеть. И это убивает тебя, убивает меня и наши отношения. Я тебя люблю. Люблю сильно. Полюбил на всю жизнь. И ничто и никто не заставит меня отказаться от тебя.» – Я видела, как сложно говорить моему мужу, и его надрывные слова, уголки глаз, в которых виднелись слезы – я просто застыла и не могла произнести ни слова. – Я никогда не откажусь от тебя. Ты мой смысл жизни, с функционирующей маткой или нет. И я так же, как и ты потерял шанс стать отцом. – Андрей замолчал. Еще чуть – чуть и он бы заплакал. Собравшись с силами, он тихо продолжил: «Поверь, я страдаю не меньше твоего. Ни капли. Конечно, я никогда не почувствую ту адскую боль, что испытываешь ты, как женщина, как мать, которая никогда не сможет увидеть своего ребенка. Но, я так же потерял ориентир в этой жизни и не знаю, как дальше жить. И если ты продолжишь уничтожать то, что у нас с тобой осталось и дальше – я уже не смогу сохранить нашу семью». – Андрей встал из-за стола и ушел.
Он просто ушел. Я осталась сидеть на террасе – дул теплый ветер, за соседними столиками общались парочки, смеялись друзья, бабушка с дедушкой кормили мороженым своих внуков. Солнце начинало свой закат и от этого, все вокруг казалось таким неестественно-сказочным. Аромат кофе, ванили и облепихи, смех и задушевные разговоры – как удар, за ударом напоминали мне, что жизнь продолжается, земля все так же крутится вокруг солнца, даже несмотря на то, что внутри у меня пустота.
Мы сохранили наш брак. И честно признались друг-другу, что пока оба не готовы взять приемного ребенка. Ушли в работу с головой: много работали, много путешествовали. Я видела, как я меняюсь: я отстригла свои длинные черные, как смоль, волосы – стрижка каре очень шла к моим большим глазам. Теперь я всегда красила губы и ногти. У меня появилась дорогая брендовая одежда и обувь. Нет. Я не изменилась. Я все так же стесняюсь покупать нижнее белье в магазинах, и уж тем более никогда не пускаю туда продавщиц. Я много курю. Купила домой два хрустальных бокала для вина – теперь каждый вечер, или почти каждый вечер, я провожу за бокалом вина и чтением книги. Андрей часто делает замечание, что я начала много пить, и на мои возражения о том, что это всего лишь бокал вина – замечает, что в этом огромном бокале может уместиться целая бутылка. Второй бокал я купила для мужа, но тот, почему-то вообще перестал пить.
Наша жизнь стала стабильной, сытой, богатой на эмоции – путешествия – именно они так хорошо лечат раны, уносят тебя далеко от твоих мирских повседневных проблем, там ты теряешься и заново себя открываешь.
Я даже предлагала Андрею переехать в какую-нибудь тихую европейскую страну. Он никогда не понимал этого рвения. Зачем? Тут наша Родина, наши родственники. Наше все. Он и не понимал, насколько все, что окружало нас с ним – а особенно наши родственники и друзья – насколько все это стало мне ненавистно. И эту ненавистность я переживала по-своему, заглушая ее вином и сигаретами.
Так мы прожили с ним 10 лет. Целых десять лет. В канун нашего юбилея я предложила Андрею улететь куда-нибудь на Шри-Ланку, но он сделал по-другому.
Я знала, что мы пойдем с ним в ресторан, поэтому, ушла с работы пораньше- переоделась, заехала к парикмахеру и прямиком приехала в наш любимый рыбный ресторан. Я зашла в фойе, оставила пальто и пошла за официантом: когда я увидела наш стол, то у меня просто подкосились ноги: там сидели мой папа и эбика Назифэ, несколько семейных пар, с которыми мы иногда проводили время, я увидела Ярослава и Аиду. Я готова была провалиться сквозь землю, наговорить мужу обидных слов, но, когда увидела его с букетом цветов: просто разрыдалась. Все стали поздравлять нас, обнимать и целовать. Все думали, что я плачу от счастья и только мой муж сразу догадался, что рыдала я не от счастья, а от того, что все эти 10 лет – наш брак был похож на безмолвную борьбу за жизнь, за то, чтобы открывать глаза и учиться снова любить, ища радость в мелочах, в утреннем солнце, в том, что мы снова пакуем чемоданы, уходя с головой в работу, меняя машины и квартиры, покупая дорогую одежду – все это делалось для того, чтобы в одно прекрасное утро, мне снова захотелось проснуться и не закричать от боли и пустоты. Я видела, что после моих слез Андрей погрустнел и весь вечер, украдкой поглядывал на меня. А вот моя жизнь в тот вечер изменилась, и если до этого, она кое-как, зигзагами, но все-таки, пыталась ползти по прямой, то в тот вечер она стремглав понеслась в пропасть.