– Проснулась? Умничка. Вставай, приводи себя в порядок. У нас на сегодня составлен огромный список, что нужно успеть до завтра.
– Например?
– Выбрать зал для церемонии. Оповестить всех родственничков о бракосочетании двух влюблённых. Я бы с удовольствием этого не делал, но увы, положение обязывает. Что ещё? Купить тебе самое лучшее платье, вы же девочки не можете без этого. И что там ещё для свадьбы нужно?
– Ты серьёзно? Как мы, по-твоему, всё успеем? На поиски платья уйдёт только неделя, как минимум, – какая свадьба? Рано ещё. Не хочу. Смотрю на Кая, как мой кошак Луи на колбаску. – Давай перенесём, – жалобно прошу.
– Нет, моя девочка. Не перенесём. Завтра ты станешь моей.
***
Наше время.
– Мы... любим друг друга, мам, – вру. Частично.
Если честно я запуталась. За короткое время я успела привыкнуть к Каю. Это глупо, но факт. Когда его нет рядом - мне плохо. Когда слышу на нем запах других женщин - мне больно. Ревность, вот что я испытываю, когда он пропадает на день, два, а то и больше. Я готова признать, что испытываю к нему, не только ненависть. Любовь? Спорно! Но что-то глубокое, притягательное, точно есть.
– Всё так странно. И неожиданно. Я поражена.
– О чём ты мам? Разве не вы настаивали на браке?
– Не настаивали, а хотели, как лучше. И хотим конечно. Но, я боялась, что Кай в браке будет тебя унижать. Использовать. Извини за правду. Кай не из категории хороших мальчиков, и ты сама это понимаешь. Но, когда он позвонил нам и сказал, что влюблён, что хочет отменить брак по расчёту и официально взять тебя в жёны, мы с папой были поражены. Кай, он... я слышала о нём очень много плохого, детка. Опасный боец. Психопат. Бабник. И это малая часть. А сегодня, увидев, как он смотрит на тебя... – мама всхлипывает, и я подхожу к ней, глажу по спине. – Бри, Кай смотрит на тебя, точно так же как твой папа смотрел на меня в молодости.
Я слушаю маму и не верю своим ушам. Меня от взгляда Кая пронизывает скорее до самых костей, чем возносит до небес.
– Мам, а вы с папой, как поняли, что влюблены?
Раньше я много раз слышала рассказы, как родители познакомились и стремительно сыграли свадьбу, но ни разу не слышала о их чувствах.
– Как – как, а вот так, – смеётся сквозь слёзы. – Ах, доченька, твой папа был невыносимым человеком. Он был неотёсанным мужланом, который считал, что все женщины ему должны. Мы учились на одном курсе. Я была самой красивой девушкой на потоке, а он самым красивым парнем. Нам суждено было влюбиться и быть вместе. Ты так не думаешь? Вот и я не думала, не гадала. Первый год я люто его ненавидела, а он смеялся над моими отказами и добивался, добивался и как видишь – добился. Он покорил меня, как ни один мужчина. Прошло много лет... но его дерзкая улыбка навсегда в моём сердце. А когда родились вы с братом, он был безгранично счастлив. Носил на руках, дарил цветы, – снова смеётся.
– Я давно не видела, тебя такой счастливой мам, – глухо говорю. И это чистая правда. Родители чаще держали на лицах маску невозмутимости, чем показывали свои эмоции.
В комнату, аккуратно приоткрыв дверь, заглядывает помощница организатора, которого, к слову, мы наняли случайно, и оповещает, что через пять минут можно начинать церемонию.
Мама наспех приводит себя в порядок, уверяя меня, что всё хорошо.
– Минутка откровений нам была необходима дорогая, – просто сказала она, как ни в чём не бывало.
Сказать, что мне страшно, ничего не сказать. Мамины слова про Кая и их отношения с отцом, конечно подбодрили, но почему-то где-то внутри засела тревога. Необъяснимая. Давящая.
Собравшись с мыслями, я беру папу под руку, и мы вместе идём к алтарю. Мне не очень хочется улыбаться, но я вынуждена. Со стороны, я наверняка выгляжу счастливой невестой. Конечно, как по-другому. Замуж за Кая Ричардса желает выйти чуть ли не каждая светская, да что уж там, любая женщина. Он лакомый кусочек в элитном мире. А ведь когда-то этот парень, был мои другом. И пусть я об этом забыла, но сейчас-то помню.
Осмелившись, поднимаю взгляд на своего жениха.
Признаю. Кай, выглядит безупречно. Классический костюм, тёмно-серого цвета ему очень идёт. Волосы, которые всегда взъерошены, сегодня идеально уложены. Неужели для меня так постарался? Хихикнула. Какие глупости.
Младший Ричардс стоит на ступеньках в своей излюбленной манере – гордеца. Прямая спина, расслабленные плечи, ноги на ширине плеч. Я только сейчас поняла, что он смотрит на меня не моргая. Оценивает сволочуга. Щурюсь. Пусть только попробует как-то не так глянуть, обещаю, устрою ему кузькину мать, не отходя от кассы. Стоило об этом подумать, как на его губах появляется лучезарная улыбка, не оскал, именно улыбочка. Ему нравится. Очень нравится, то, что он видит. И я походу рада этому.