Быстро выхожу из комнаты и иду на поиски Яра. Когда мне было пять, я потерялась. Бабуля забрала меня из сада, отвлеклась на рынке, общаясь с продавцом. Моё внимание привлекло обилие конфет на соседнем прилавке. Я и глазом моргнуть не успела, как потеряла бабулю из виду. Не зная, как себя вести, бросилась бегать вдоль рядов и её искать. На меня мало кто обращал внимание, лишь когда я остановилась посреди дороги и громко расплакалась, одна сердобольная женщина вызвала полицию и передала меня в руки правоохранительным органам, а те в свою очередь тут же нашли мою маму, отца и бабушку. Последней здорово влетело от родителей, что не уследила.
Я открываю дверь в комнату Ярослава и меньше всего ожидаю, что он уже спит. Застываю на пороге и оглядываюсь назад, словно пытаясь расслышать, на улице до сих пор кто-то есть или уже нет?
— Что хотела, Сонь? — спрашивает Яр, сев на кровати.
— Там кто-то плачет на улице. Я подумала, может, мы с тобой спустимся и успокоим?
— Здесь закрытая территория, вход строго по пропускам, — вздыхает Жаров. — Не думаю, что сюда кто-то случайно забрёл.
— Возможно, ты прав. Прости, что разбудила.
Я закрываю дверь и несусь к себе в комнату. Подхожу к окну и вновь прислушиваюсь. Плач такой же протяжный и душераздирающий. Может, самой выйти и разобраться, в чём дело?
В этот же момент слышу отчётливые шаги за спиной. Напрягаюсь, вытягиваюсь струной. Яр подходит близко-близко и тоже замирает, глядя в темноту и пытаясь расслышать то же, что и я.
— Слышишь? — спрашиваю его шёпотом. — Будто ребёнок плачет. Пойдем выйдем, а? Я ведь не усну после такого.
— Я, похоже, тоже, — отвечает Жаров. — Жди меня дома. Скоро вернусь.
Он разворачивается и уходит. Я смотрю ему вслед, ощущая, как по венам бурлит вожделение. Прошло всего несколько часов после нашей близости, а мне вновь его мало. Как будто Ярослав самый тяжелый наркотик — с первого раза вызывает сильнейшую зависимость. И как с него соскочить, я понятия не имею.
Несмотря на горящие за окном фонари я ничего не вижу, что происходит на улице. Ни Ярослава, ни ребёнка. Одно радует — плач утихает спустя несколько минут.
Я нервно хожу у окна и отсчитываю минуты. Яр всё решит, ему точно не грозит опасность. На территории комплекса всюду увешаны камеры, охрана круглосуточно бдит.
Проходит двадцать минут, но ни голосов на улице, ни плача, ни Яра я не слышу и не вижу. Поэтому направляюсь к валяющейся горе одежды на полу и нахожу там спортивный костюм. Меня слегка потряхивает от непонимания происходящего, но я твёрдо настроена спуститься вниз. Что-то случилось. Возможно, ребёнок не контактный. Не знает имени и фамилии. Быть может, не настолько всё страшно и плохо, как мне кажется. Но я должна выйти и лично в этом убедиться.
Напялив штаны, я слышу долгожданный щелчок входной двери. Раздеваюсь и зачем-то запрыгиваю под одеяло, пытаясь сделать вид, что я вовсе не истеричка. Приглушаю ночник.
Яр заходит в мою комнату спустя минуту. Застывает в дверном проёме и смотрит в упор. Бедное моё сердце делает один резкий кувырок за другим. И ни на миг не утихает.
— Ты успокоил ребёнка? Нашёл его родителей? — спрашиваю, повыше натягивая одеяло.
— Там далеко не ребёнок оказался, — усмехается Ярослав. — Вполне себе взрослая бухая деваха, которую бросил парень.
— Бедняжка…
— Она сидела в беседке и глушила коньяк. Предлагала выпить вместе с ней, затем напрашивалась в гости.
— А ты? — спрашиваю сиплым голосом.
— Вызвал ей такси и подкинул пару сотен на дорогу. Сказал, что у меня дома жена, а так бы с радостью пригласил.
— Иди к чёрту! — обиженно дую губы и опускаю голову на подушку.
Жаров снимает футболку, обнажая совершенное тело, и делает несколько шагов к кровати. Забравшись под одеяло, прижимает меня к себе. Он твёрдый и горячий. Шумно дышит мне в затылок.
— Прости, — обращаюсь к Яру. — Зря вздёрнула тебя.
Шероховатая ладонь пробирается под мою футболку и безцеремонно оглаживает живот и сжимает грудь. До слепящих искр перед глазами.
Дыхание перехватывает, пульс взрывает виски. Низ живота наполняется свинцовой тяжестью.
— Зря, конечно, — хрипло отвечает Ярослав. — Теперь я тоже не дам тебе уснуть.