- Будет любопытно на нее взглянуть, - сказал король. – Я наслышан о ваших скакунах. Говорят, они – помесь кобылицы и пса, и поэтому такие верные.
- Сказка, не имеющая почти ничего общего с истиной, ваше величество.
- Но что-то есть?
- Есть, - я опять разулыбалась. – Собачья верность наших лошадей.
Он тоже улыбнулся, и суровые черты немного смягчились, а морщинка между бровями разгладилась.
- В наших краях все не похоже на те места, где вы жили, - задумчиво произнес он. - Как вы привыкаете к переменам?
- Здесь все слишком… уныло, - призналась я, но тут же торопливо добавила: – Я не скучаю, нет. Совсем не скучаю, ведь со мной Жозеф. Но все так непривычно…
- Вам надо обязательно посетить Ланвар, - сказал король. - Тогда ваше мнение о нашей стране изменится в лучшую сторону, я уверен.
- Даже не сомневаюсь, - вернула я ему его слова. – Думаю, Жозеф в ближайшее время сможет показать мне вашу столицу. Скажем, летом…
- Зачем тянуть? – он поднял голову, нашел взглядом Жозефа и поманил его пальцем.
Мой муж сразу же вскочил и приблизился едва ли не бегом.
- Ты так хорошо нас принимаешь, - сказал король, - что я хочу пригласить тебя и твою милую жену с ответным визитом. Приезжайте в Ланвар на следующей неделе. Устроим охоту на лис.
- Благодарю, ваше величество, - ответил Жозеф, но мне показалось, он не слишком обрадовался.
- Можешь идти, - бросил король, не глядя.
Жозеф тут же ушел, хотя я взглядом предлагала ему остаться.
Сказать честно, меня не вдохновили ни предполагаемая охота, ни то, что мой муж ведет себя в собственном замке вовсе не как хозяин, а как слуга на побегушках, поэтому я заговорила холодно:
- Я не люблю охоту, сир. Мне жаль бедных животных. Особенно лис. Они такие красивые.
- Тогда устроим соколиную охоту, - предложил он. – Вы никогда не видели, как охотится сокол? Это похоже на сражение. Прекрасно и грозно.
- Боюсь, мне будет жалко и птиц.
- Не бойтесь, они станут меньше вас смущать, когда окажутся на столе в жареном виде.
В ответ я вежливо улыбнулась.
- А как развлекаются у вас дома? – спросил король, рассеянно разламывая лепешку и кидая в рот кусок за куском. Зубы у него были белые, крепкие, и я снова подумала, что он – воплощение севера, воплощение этой земли, как будто родился не от смертных родителей, а от богов гор и лесов.
Этот вечер я просидела рядом с королем, и он ни на кого больше не обращал внимания. Признаться, я тоже позабыла обо всех, и лишь иногда спохватывалась, отыскивала взглядом мужа и кивала ему. Жозеф кивал в ответ, но вид у него был не очень довольный.
Я рассказывала о великолепных маскарадах, которые устраивали в столице моей страны, об уличных актерах, о менестрелях, которые каждый год состязались друг с другом за право получить фиалки из рук королевы, я словно не вспоминала, а переживала свою прежнюю жизнь наяву.
- Вы очень скучаете по родине, - сказал король, когда я замолчала. - И очень ее любите, это чувствуется даже в словах.
- Это так естественно – любить свою родину, - ответила я мягко, - но благодаря мужу я обрела настоящую любовь, и уверена, что смогу полюбить ваш край всем сердцем.
- Даже не сомневаюсь, что вы умеете любить только так – всем сердцем, всей душой.
- Разве можно любить иначе? – засмеялась я.
- Нет, - ответил он медленно и глухо, как будто каждое слово давалось ему с трудом. – Полагаю, что по-другому любить нельзя.
Несколько секунд мы молча смотрели друг другу в глаза, и вдруг я почувствовала себя, как тот маленький анемон, которого снег заковывал в холодный плен, и затрепетала, совсем, как цветок под порывами северного ветра.
- Почему вас прозвали Ланварским волком? – спросила я тихо, не в силах отвести взгляд от темных глаз короля. – Говорят, что вы суровы нравом. Но я не вижу в вас волчьей жестокости, и это прозвище у вас появилось задолго до того, как вы стали королем в Ланваре.
- Ваша прямолинейность очаровательна, леди, - сказал он. – Но слухи не то чтобы сильно лгут обо мне. Я и в самом деле не миндаль с сахаром. Иначе бы и не стал королем. А родился я в глухой деревушке в горах, которая называлась Ланвар. Сейчас ее нет – прежний король приказал стереть ее с лица земли вместе с жителями. В то время я был далеко, но когда вернулся – решил, что не дело моей деревне упокоиться безымянной, и переименовал в Ланвар столицу.