Жозеф должен узнать…
Словно в ответ на мои мысли, дверь распахнулась, и появился мой муж.
Совсем недавно я радовалась каждому его появлению, и если рядом не было леди Бригитты, бросалась Жозефу на шею. Но сейчас я смотрела на него совсем другими глазами. Мужчина, что сейчас вошел, был похож на Жозефа Верея, но это был не мой муж. Я никогда не могла бы полюбить такого человека. Он боялся. Страх коверкал его, превратив красивое лицо в безобразную маску. Мои слезы высохли, как по-волшебству,
- Что произошло? – спросил он, помолчав.
- А тебе, в самом деле, ничего не известно? – я впилась в него взглядом, пытаясь разгадать – знал он о предательском поступке своей матери или нет, и чего он сейчас так боялся – моего гнева или моей измены.
- Прекрати говорить загадками! – вспылил он.
- Хорошо, скажу без загадок. Твоя мать со служанками королевы привязали меня голую к постели, - я ткнула пальцем в сторону кровати, - и позвали короля. Если опять мне не поверишь – вон там бинты, которыми они меня связали, и моя рубашка, которую твоя матушка самолично располосовала ножом. Если в тебе осталось хоть чуть рыцарской чести, ты увезешь меня отсюда.
Жозеф облизнул губы и сделал два шага к постели.
- А это что? – спросил он сипло, подскочил к кровати и потянул простынь. – Это… это... тут был мужчина!
- Какой догадливый, - зло похвалила я его. – Скажу даже больше, здесь был король!
Жозеф вдруг резво обежал кровать и поднял смятую записку
- Ты позвала сюда короля?! – спросил он изумленно, разглаживая бумагу и читая послание.
- Ты не видишь, что это не мой почерк? – сказала я ему сквозь зубы. – Проверь, кто написал ее – твоя мать или твоя сестра!
- Ты не такая дурочка, чтобы писать подобные письма сама! – заорал Жозеф, разрывая записку в мелкие клочки. - Ты наставляешь мне рога за моей спиной?
- А ты в сговоре со своей мамашей? – крикнула я в ответ. – Решили подарить меня своему королю? Наверное, ты был бы счастлив считаться королевским оленем? Вот с такими рогами!- я вскинула руки над головой, растопырив пальцы.
В тот момент я не владела собой от гнева, от обиды, от отчаяния, что я теряю последнего защитника – своего мужа, который должен был ценой жизни защищать меня.
- Шлюха! – взревел Жозеф, подскочил ко мне и коротко, без замаха, ударил в левую скулу.
Мне показалось, будто в голове взорвались новогодние фейерверки – сначала вспышка, а потом темнота, и сверкающие искры стекают по этой темноте. Колени мои подломились, и я тяжело села на ковер. Постепенно ясность зрения вернулась, но комната кружилась, а вместе с ней – сапоги из крашеной кожи, которые были надеты на Жозефе.
Я видела, что Жозеф топчется на месте, переминаясь с ноги на ногу, а потом он присел рядом со мной на корточки.
- Ди, прости меня, - сказал он убитым голосом. – Не знаю,что на меня нашло… Но ты сама виновата! Разве можно говорить такое мужчине?
Он взял меня за плечо, но я сбросила его руку.
Лицо болело, и я боялась дотронуться до него, опасаясь, что Жозеф сломал мне кости.
Дверь стукнула, и появилась моя свекровь. Я узнала ее по подолу черного платья, появившегося рядом с Жозефом, и по черным остроносым туфлям.
Она ни о чем не спрашивала, но Жозеф начал лепетать что-то – про мою грубость, про мужское семя на постели. Но для меня это уже не имело никакого значения.
- Никогда тебя не прощу, - сказала я, пытаясь справиться с головокружением. – И завтра же я подам на развод.
- Диана! – воскликнул Жозеф тонко и жалобно, а я поняла, что никогда больше не подумаю про него – мой муж.
- Выйди, - велела ему свекровь, и он послушно поднялся и поплелся к двери.
Я попыталась встать, и леди Бригитта сразу подхватила меня под локоть, препровождая к креслу. Потом она намочила в воде бинт, которым совсем недавно я была связана, и подала мне, показывая, чтобы я приложила к месту ушиба.