Он двинул бедрами, желая, чтобы я занялась его членом, но я даже не дотронулась до него, а погладила впалый мужской живот – твердый, как доска, играя завитками волос.
Король глядел жадно, и, казалось, едва сдерживался, чтобы не наброситься на меня. Но я распустила узел его набедренной повязки, действуя нарочито медленно, чтобы помучить подольше.
- Всегда указует на полдень, - сказала я, усмехаясь, когда королевский меч оказался на свободе – уже открыв налитую кровью головку.
- Что? – спросил король хрипло.
- Ничего, - ответила я, не торопясь прикасаться к нему. – Думаю вслух, как бы получше вас приласкать, чтобы доставить истинное удовольствие.
- Тянешь время? – он не делал ни единой попытки поймать меня, притянуть к себе, и вправду предоставив мне полную свободу действий.
Это злило еще больше, чем предательство и ненасытность Вереев. Если те всячески пытались принудить меня, ругая за непокорство, этот, видимо, был уверен, что я уже сдалась, и можно больше не прилагать никаких усилий.
Я схватила его член ртом так быстро и резко, что король непроизвольно дернулся, пытаясь меня остановить. Но я не сделала ему больно, и даже не пустила в ход зубы, а заглотила его до самого основания, уперевшись лицом в живот. Король с присвистом втянул воздух, а я приподнялась и опять опустилась, пропуская член в самое горло. Еще раз – и король схватил меня за волосы, но тут же отпустил, и рухнул спиной на постель.
С минуту я ласкала его в таком бешеном темпе, что Жозеф давно бы выстрелил, но этот держался. Я следила за ним – внимательно, как за врагом, пытаясь уловить хоть один знак, что разрядка близка. Пусть кончит быстро, не доставляя мне особых хлопот. Он кончит, и на сегодня условия договора будут выполнены.
Но король лежал передо мной, отдавшись полностью моей власти, а его член торчал, как каменный. Я переменила тактику и принялась помогать себе руками, но не преуспела ничуть. Еще пара минут – и я вскочила на кровать, пытаясь насадиться на него – может так дело пойдет быстрее, но король схватил меня за талию и повалил на постель.
- Решила разобраться со мной быстро и сразу? – спросил он, отбрасывая с моего лица рассыпавшиеся волосы. – Как злобно накинулась… Я думал, ты решила съесть меня живьем, - рука его приласкала мою щеку, шею, сжала плечо, потом легла на грудь, прищипнув сосок.
Я ахнула, а король тихо засмеялся:
- Забыла, что я сказал? Когда ты придешь ко мне, повторю все, что делал с тобой в прошлый раз. И сделаю еще больше.
Я замерла, глядя на него во все глаза, и не понимая, чего он от меня ждет.
- Можешь начать считать, чтобы не было так страшно, - шепнул он, - ты дрожишь, но не надо бояться. Я ведь говорил, что на тебя надо молиться, вот сейчас и начну читать молитву…
Он начал ласкать меня точно так же, как когда нашел меня привязанной – целовал мои губы, щеки, глаза, виски. Я закрыла глаза, чтобы не видеть его. Что ж, придется потерпеть, пока волк не наиграется с добычей, прежде чем запустить в нее клыки.
- Не бойся, - услышала я голос короля. - Ты ведь снова хочешь пережить это, и дойти уже до конца. И я счастлив, что ты захотела пережить это со мной.
- Вашему величеству известно, что я здесь не по этой причине, - ответила я.
- Ах, да – ненависть и расчет, - сказал он, спускаясь ниже и покрывая поцелуями каждый дюйм моего тела. Но в этот раз поцелуями он не ограничился, и, дойдя до груди, приласкал один сосок языком, а другой легко сжал пальцами.
Эта ласка ошеломила меня – я и не подозревала, что руки мужчины могут быть такими горячими, такими нежными… Мне вспомнилось, как король играл на лютне – будто лаская ее. Точно так же сейчас он играл на мне, задевая самые потаенные струны, заставляя тело петь от наслаждения…
Его поцелуи и прикосновения жгли мою кожу, но это был приятный огонь – дарящий негу, солнечное тепло и… ни с чем не сравнимое удовольствие. Жозеф никогда не ласкал меня так подолгу. Он, вообще, считал ласки чем-то лишним, спеша перейти к главному, а этот мужчина умел быть нежным.