Я смотрю на её увеличившиеся веснушки, на красные пряди, торчащие, как антенны, на взмахи её длинных рук. Мне кажется, они поднимают ветер!
Она в бешенстве. Она не слышит моих оправданий. Она не понимает моих причин. Вся суть её криков сводится к тому, что я идиот и зря припёрся. Вот так грубо, но дословно.
-Ты пожалел о том, что пришёл, да? - она устало прислоняется к столу. Кажется, гроза прошла. Она обречённо смотрит на меня, и я понимаю, что передо мной уже не обвинитель, а осуждённая.
-Тогда или сейчас? - осторожно уточняю я.
- Тогда,- устало вздыхает она.
Мы оба вздрагиваем от сигнала кухонного таймера. Я с благодарностью смотрю на этот гаджет в виде мандарина со стрелочками, а Эля открывает духовку. Я стою рядом с дверью, и у меня есть пара минут, пока она вынет горшочки с супом. Но я хватаю со стола полотенце и помогаю ей с горячей посудой.
Глава 6. ч.7.
Эля
Он сидит прямо передо мной и ест суп. Разглядывает содержимое горшочка, мешает ложкой, осторожно трогает губами сырную корочку.
Я почти не злюсь. Я выплеснула столько эмоций, что мой внутренний огонь потух, в нём только тлеют угольки, но они уже не причинят вреда.
Сейчас я могу смело сказать, что хочу, чтобы он смотрел не в тарелку, а на меня. В этот момент я такая смелая, что готова лететь в космос. Без вопросов!
Сева съел всё. А потом помог мне помыть посуду. Он такой услужливый и предупредительный, что это настораживает. Когда последняя ложка засияла в его руках, я задаю ему прямой вопрос:
- Почему ты настаиваешь на извинениях? Почему не оставляешь меня в покое? - Кажется, это уже два вопроса, но они для меня неразрывны.
Он издаёт тяжёлый вздох, и я готова к приговору.
-Я повёл себя вчера очень… нагло? - он ищет подсказку в моём взгляде, но не стоит надеяться, я не дам.
-А я? - через секунду понимаю, что бросила ему спасательный круг.
-Ты? - Он явно ошеломлён.
-Да, Сева, я тоже повела себя нагло? Я тоже допустила лишнее? Я тоже виновата?
-Нет, конечно,- его брови оказываются где-то в районе макушки. С ними можно попрощаться.
-Я тоже не считаю себя виноватой. Мне кажется, что произошло то, чего мы захотели об-б-ба. - Почему я заикаюсь? - Может, сейчас, когда ты протрезвел, ты понял, что погорячился? Я далеко не красавица и прекрасно об этом знаю, но я не бросаюсь на всех подряд. А свои извинения можешь засунуть в какое-нибудь укромное место. Договорились? – Я ухожу в свою комнату. Дорогу домой он прекрасно знает.
Я сдвигаю в сторону плюшевого тигра, длинное туловище которого занимает половину кровати, потом обматываю его вокруг себя – идеальная поза для грусти.
Прошлой ночью я была определённо счастлива. Мне было легко и спокойно в руках Севы. Я забыла, что бабушка болеет, забыла, что в этом городе совсем одна. Всё исчезло. Это было волшебство. Только для меня.
Я была в эпицентре нежности, заботы, лёгкости, эйфории! Сева качал меня на волнах страсти, и мне было не страшно. Мне было очень хорошо.
Казалось, что Сева разделял мои чувства. Он довольно мурлыкал мне в ухо, и никак не хотел меня отпускать.
Это была моя первая близость за последние четыре года. Это была самая лучшая ночь за всю мою жизнь.
А теперь надо вернуться к холодной и дурацкой реальности, где передо мной извиняются за чудесные моменты. Ненавижу!
Я вытираю набежавшую слезу хвостом своей игрушки. Хорошо, что я привезла Тима с собой, мне кажется, я больше никогда не смогу спать одна.
- Ты к себе немного несправедлива,- я напрягаюсь от знакомого голоса за спиной. Кровать слегка прогибается под чужим весом. - У тебя невероятные волосы – яркие, густые, блестящие,- он перебирает пальцами мои спутанные пряди. – У тебя нежная кожа, к которой всё время хочется прикасаться, - пальцы замирают на моём плече. - У тебя потрясающие глаза удивительного оттенка. Я не встречал таких никогда,- он поворачивает меня к себе и с печальной улыбкой рассматривает меня. - Я не жалею о нашей ночи. Я благодарен тебе, что ты разрешила мне остаться.
- Сева, я, кажется, просила тебя уйти,- не сдаюсь я.
-Кажется, я не обещал это делать. - Он наклоняется ко мне и целует в уголок губ. У меня перехватывает дыхание. Я жду, что будет дальше. Он придвигает меня к себе и ложится поудобнее. - Знаешь, сегодня был очень сложный день. Давай отдохнём,- он чмокает меня в макушку и затихает.