На следующий день Катерина объяснила, зачем нужна была спешка. Василий Степанович выхлопотал квартиру. Нужно было действовать быстро. Нас зарегистрировали на следующий день.
Всё было, как в нелепом сне. Поздравления, подарки, приготовления к свадьбе. Все носились счастливые, и я один казался себе лишним на этом празднике жизни. Договорились, что до свадьбы я пока буду жить у себя.
*****
Софи
За окном весна, а у меня внутри всё застыло. Николай оставил меня. Тётя старается меня всячески поддержать. Теперь нам помогает её друг. Он занимает какую-то важную должность, и наше положение поменялось, мы стали лучше питаться, и ожидается, что в скором времени должны переехать в новую квартиру. Я знаю, что ей неприятно его общество, но она терпит ради меня, говорит, что он сможет помочь. В общем, он неплохой человек, и у них какая-то своя история, тётя со мной не делилась, в общем, теперь он нас опекает. Сегодня мы собрались в театр. Мы вышли к парадному подъезду, ожидая машину, и тут я почувствовала на себе его взгляд. Он смотрел украдкой из-за занавески. Я тоже позволила себе глянуть на него, но он тут же отошёл от окна.
А я, как мне казалось, смотрела прямо на него. И душа моя негодовала. Зачем он бегает от меня, почему не позволяет себе быть счастливым? В тот момент во мне, как будто вспыхнул уголёк и разгорелся, я хотела бежать к нему, захотелось заглянуть в его глаза, мне тогда казалось, что я всё сразу пойму. Уже было взметнулась, но на встречу нам шла Катя, она приветливо нам улыбалась.
- Здравствуйте, Елизавета Фёдоровна, Софочка!- она щебетала, как воробей, огонь во мне во всю горел, и её милые речи сильно раздражали,- дело в том, что у Николая совсем нет родственников, а у нас свадьба. Неудобно, если с его стороны совсем никого не будет. Да, друзья, коллеги, но это совсем другое дело, а вы ему, как родные, он всегда с такой теплотой о вас рассказывает.
Мы с Николаем будем очень рады, если вы придёте. Ведь вы же ему не откажете?- всё это она говорила с таким открытым лицом, что сомнений не было – всё это она говорила искренне. Тётя посмотрела на меня. Не знаю, как я выглядела в этот момент, наверное, всё же не очень хорошо, потому что тётя предусмотрительно придержала меня за локоть.
- Что случилось? Вам плохо Софи?
- Нет, нет, не беспокойтесь, Катенька, просто девочка засиделась дома. Вот на свежем воздухе голова и закружилась. Не переживайте, идите к своему жениху, он, верно, ждёт вас, вон уже в окно выглядывает, - Николай и правда высунулся из окна, – видимо, не мог понять, что там у нас происходит.
- Обязательно приходите. Отказов я не приму. Может, я всё-таки её осмотрю? – эта девушка решила меня доканать… Благо, тётя рядом.
- Нет, нет, мы справимся сами, - и, когда та, наконец, уже ушла, тётя крепко прижала меня к себе. Я не смогла поднять глаз, но уверена, что он видел, как мне больно…
Хорошо, что машина Струева как раз за нами подъехала. В театре мне было не до чего, и я была рада наконец вернуться домой. Я старалась сделать вид, что со мной всё в порядке, но внутри меня была такая пустота, что, наверное, плохо удавалось.
Не знаю, как моё состояние тётя объяснила Василию Степановичу, но он объявил, чтобы мы собирались, потому как выходные мы проведём на даче. Он всегда быстро решает все проблемы.
Дача Струева представляла собой бревенчатый сруб в русском стиле. Просто и со вкусом. К сожалению, Василий Степанович вынужден был уехать, поэтому нам ничего не оставалось, как пойти осматривать окрестности. Здесь было чудо как хорошо. Буйство яркой зелени и прекрасные кусты сирени разных оттенков на время отодвинули проблемы и позволили мне наслаждаться жизнью. Я даже не заметила, как ушла довольно далеко от тёти, впереди уже было видно озеро. Я обернулась, чтобы позвать её, и тут я увидела Николая. Сначала я не поверила своим глазам, но потом наши глаза встретились.
- Софи? –он был очень впечатлён нашей неожиданной встречей. Он взял мою руку, как бы убедиться, что я действительно существую.
А я не могла ничего сказать в ответ. Я не была готова к этой встрече, и она сбила меня с толку. Внутри бушевала буря чувств. Мне хотелось сказать ему так много, но мысли не складывались в слова.
Его глаза смотрели как бы внутрь меня, и хотелось прижаться к нему и забыть обо всём.
- Софиии, - это звучало, как стон,- и он, поддаваясь порыву, стискивает меня в объятиях, буквально душит, зарывается в волосы,- я больше не могу,- он жадно целует меня, и я упиваюсь им. Мой, хоть ненадолго, мой. Я боюсь пошевелиться, как будто это сон, и он сейчас растворится. Но нет, он из плоти и крови, и он такой тяжёлый. Боже, что мы творим…
Почти одновременно с разных сторон слышим, как нас зовут, и вдруг мы как будто пробуждаемся ото сна, и здесь в этой реальности нам нет места, но оторваться друга от друга трудно. Я иду на зов тёти.
Что я творю… Мне должно быть стыдно, но нет, ни капли стыда, и я как будто оживаю, буквально каждой своей клеточкой я ощущаю природу, теперь ощущения ярче, вокруг божественный аромат сирени, и он мой и опять где-то рядом. Я улыбаюсь. Чему? Себе. Мне нравится быть живой.
А я, как мне казалось, смотрела прямо на него. И душа моя негодовала. Зачем он бегает от меня, почему не позволяет себе быть счастливым? В тот момент во мне, как будто вспыхнул уголёк и разгорелся, я хотела бежать к нему, захотелось заглянуть в его глаза, мне тогда казалось, что я всё сразу пойму. Уже было взметнулась, но на встречу нам шла Катя, она приветливо нам улыбалась.