Профессиональная привычка. От неё, как и от изжоги, лекарства пока не придумали.
— Внимание, участники! — Алина хлопнула в ладоши. — Сейчас короткий брифинг, а потом — церемония! Ужасно волнительно!
«Волнительно» — ещё одно слово из их словаря. В переводе на человеческий: «мы три дня репетировали, в какой именно момент вы заплачете».
Нам объяснили правила. Я могла бы пересказать их с закрытыми глазами и с лёгким похмельем, но дослушала из вежливости.
«Алгоритм совместимости» — аппарат, который внешне отличался от микроволновки только ценой и амбициями, — разобьёт нас на пары.
Дальше каждую неделю испытание: на доверие, на близость, на то, насколькоубедительно вы смотритесь вдвоём.
В конце недели голосуют зрители и «детектор совместимости». Самая неубедительная пара отправляется домой. Финальная пара забирает приз.
Иными словами, парой нас как бы назначат. Но парой нам предстоитстать.
На глазах у страны. Под угрозой публичного провала. Ради приза.
Я слушала и почти умилялась.
Они построили целую машину, чтобы заставить чужих людей изображать любовь под софитами и угрозой вылета, — и назвали это шоу о любви.
Цинично, отлаженно, прибыльно.
У меня заранее чесались руки и третий абзац репортажа.
— Вопросы? — спросила Алина.
— Один, — сказала я. — Когда вы говорите «детектор совместимости» — это правда прибор? Или там за ширмой сидит человек и жмёт на кнопки в нужный момент?
В коридоре стало тихо. Несколько девушек посмотрели на меня так, будто я при детях усомнилась в существовании Деда Мороза и заодно намекнула, кто на самом делекладёт подарки.
— Это запатентованная технология, — холодно сказала Алина.
— Ну конечно, — кивнула я.
«Так и запишем, — мысленно отметила я. — „Запатентованная". В кавычках».
А потом нас построили — девушек по одну сторону, мужчин по другую — знакомиться перед церемонией. И я, по привычке, принялась считывать ряд напротив.
Парень в очках — нервничает, теребит манжету, продержится недели две, максимум до первого испытания на смелость.
Качок, у которого бицепс явно вёл переговоры вместо него, — продержится дольше, чем заслуживает, по чисто декоративным соображениям.
Денис — улыбается ровно той улыбкой, что я уже занесла в блокнот. Ещё один, ещё…
И тут я споткнулась взглядом.
Третий слева стоял, сунув руки в карманы, чуть в стороне от остальных — так стоят люди, которым неуютно, но которые годами учились делать вид, что им всё равно и вообще они тут случайно проходили.
Высокий. Плечи, под которые этот свет, кажется, ставили отдельным распоряжением. Тёмные волосы, лёгкая щетина.
И улыбка — та самая, отрепетированная домиллиметра, от которой, по слухам, тают даже операторы.
Я знала эту улыбку. Яписала про эту улыбку.
«Обаяние без задней мысли — потому что мысль, судя по всему, там и не ночевала».
Заголовок принёс мне восемьдесят тысяч просмотров и одно очень нервное письмо от его пресс-службы.
Максим. Тот самый, которого год назад я аккуратно, абзац за абзацем, размазала тонким ровным слоем по всему рунету.
Он поднял голову. Лениво, по-хозяйски скользнул взглядом по ряду девушек — как человек, давно привыкший, что на него смотрят, обычно с придыханием. И наткнулся на меня.
Улыбка дрогнула. Чуть-чуть. На какие-тополмиллиметра.
Но я профессионал. Я заметила.
«О нет», — подумала я очень отчётливо и оченьцензурно, потому что нас уже снимали.
Потому что одно дело — приехать на шоу о любви, чтобы написать, как ловко там всё подстроено.
И совсем другое — обнаружить в ряду напротив единственного человека на планете, у которого были все основания подстроить что-нибудьлично мне.
Глава 2: Алгоритм не ошибается
Нас вывели в студию под музыку, от которой хотелось одновременно влюбиться и сознаться в неуплате налогов.
Декорации добавили пафоса. Из дым-машины полз туман. Сердце из лампочек теперьпульсировало — кто-то наконец подключил его к розетке.
А посреди всего этого великолепия стоял ведущий — назову его Артур — с зубами такой белизны, что ими можно было бы освещать студию, если вырубят свет.
— Добро пожаловать на церемонию совместимости! — пропел Артур в камеру. — Сегодня ваши судьбы решиталгоритм!
Я скосила глаза на алгоритм. Алгоритмом оказалась серая коробка с одной мигающей лампочкой — устройство, которое, судя по виду, последний раз решало задачу сложнее «вкл/выкл» где-то во времена динозавров.