А потом, конечно, настала моя очередь.
То есть — Денисова. Денис устраивал свидание мне. И всё это, напоминаю, в прямом эфире, на том же экране, в той же гостиной, где в кресле напротив сидел Макс. С чужой партнёршей под боком и с лицом, на котором, я очень надеялась, отражалось ровно то же, что у меня пять минут назад.
Я оглянулась на него ровно один раз, перед тем как нас увели на съёмку.
Он сидел в кресле — расслабленно, лениво, картинно. Но костяшки пальцев, которыми он держал подлокотник, были белые.
«Дыши, парень», — мысленно посоветовала я ему его же присказкой. И, каюсь, впервые за неделю почувствовала себя абсолютно, незаслуженно, мстительно счастливой.
Денис, к его чести, устроил мне свидание идеальное. Безупречное. Корректное до зубовного скрежета.
Ресторан. Свечи. Скрипач. Денис отодвигал стул, подливал вино, поддерживал светскую беседу о путешествиях и книгах с лёгкостью человека, которого с детства водили на приличные приёмы. Это было свидание мечты. Любая нормальная женщина растаяла бы.
Я сидела и думала о том, что на крыше через стенку какой-то наглый тип сейчас смотрит на это в прямом эфире и грызёт подлокотник.
— Ты не здесь, — заметил Денис мягко, без обиды, разливая вино.
— Прости. — Я честно попыталась собраться. — Свидание прекрасное, Денис. Правда. Ты прекрасный. Просто я…
— …смотришь в камеру и гадаешь, видит ли он, — закончил Денис. И улыбнулся — спокойно, грустно, по-доброму. — Видит, Вероника. Не сомневайся. Я тут весь вечер для одного зрителя стараюсь, и этот зритель — точно не ты.
Я уставилась на него.
— Ты что, специально?..
— Я же сказал: я безопасный, но не слепой. — Денис приподнял бокал. Глаза у него смеялись. — Считай это моей маленькой местью миру за то, что я хороший. Раз уж мне досталась женщина, влюблённая в другого, — так пусть хотя бы тот, другой, помучается, глядя, как я подливаю ей вино. По-моему, справедливо.
И вот тут я поняла, что Денис — не просто приличный человек.
Денис — приличный человек с дьявольским чувством юмора. И в этот момент, на этом дурацком свидании напоказ, он нравился мне больше, чем за всю неделю. Нетак. Но по-настоящему.
— Денис, — сказала я, поднимая свой бокал ему навстречу. — Если бы не одинсквозняк на крыше, я бы за тобой, пожалуй, и приударила.
— Знаю, — вздохнул он трагически. — История моей жизни. Вечно проигрываюсквознякам.
Вечером в гостиной подводили итоги — у кого свидание вышло «романтичнее».
Зрительское голосование, как и всё в этом доме, имело мало общего со здравым смыслом. Победил, разумеется, Гарик. С пикником, утками и батончиками. Страна единогласно решила, что вот это — настоящая любовь, а всё остальное — суета.
Гарик принимал поздравления с достоинством человека, который не очень понял, что выиграл, но рад, что батончики оценили по достоинству.
А я сидела, пила остывший чай и ловила через всю гостиную взгляд Макса.
Он смотрел на меня поверх Снежаниной идеально уложенной головы — и в этом взгляде не было ни картинки, ни логистики, ни сквозняка. Был вопрос. Тихий, нетерпеливый, очень личный.
«Сегодня. „Прачечная". Да?»
Я едва заметно качнула ресницами.
«Да, влюблённый гад. Конечно, да».
«Чудно, — подумала я, поднимаясь и потягиваясь с видом смертельно уставшей от шоу женщины. — Просто на свидании с одним, влюблённая в другого, под прицелом всей страны — совершенно, неприлично, бесповоротно чудно».
Глава 24: Под напряжением
Утро началось с несправедливости, оформленной как праздник.
— Гарик и его прекрасная партнёрша! — объявил Артур, сияя. — Победители зрительского голосования за самое романтичное свидание! Ваш приз — отдых. Сегодня вы наблюдаете. С дивана. С чаем. И с попкорном.
Гарик принял известие с достоинством человека, для которого диван, чай и попкорн и были пределом всех земных мечтаний.
— А остальные… — Артур сделал паузу, и я уже знала: ничего хорошего за ней не последует. — Остальные сегодня поплатятся за свои свидания. Те, что вышли… скажем так, менее романтичными.
— То есть это даже не испытание, — уточнила я. — Это месть.
— Этопедагогика, — поправил Артур, и занавес за его спиной пополз вверх.
Открылся лабиринт. Металлические панели, узкие проходы, мигающие красным датчики и табличка, при виде которой даже Денис, человек кристального спокойствия, тихо присвистнул:
«ВНИМАНИЕ. НИЗКОЕ НАПРЯЖЕНИЕ. БЕЗОПАСНО. НЕПРИЯТНО».
— Никакого иммунитета, никаких призов, — радостно пояснил Артур. — Сегодня вы просто… проходите. Парой. В связке. Синхронно. Шаг невпопад, рассогласование, паника одного — и оба получаете лёгкий, абсолютно безвредный, но крайнебодрящий разряд. Лабиринт, дорогие мои, чувствует разлад. Чем хуже вы понимаете друг друга — тем чаще вас будет щёлкать. Удачи!