— Я собираюсь вернуться в Приозерск.
— В Питере не хочешь обосноваться?
— Нет, мне больше нравиться размеренная, несуетливая жизнь. Да и бабуля с Мухтаром меня ждут. Мне нравиться босиком ходить по траве, посидеть на берегу озера, поплавать. А в Питере где? Я по всему этому скучаю. Бабушку с места трогать не хочу, она тоже любит Приозерск.
— Все стремятся уехать в Москву, Питер или другой крупный город. У тебя же квартира своя есть, работу легче найти. В конце концов удачно выйти замуж!
— Ну я и в Приозерске пригожусь и жилье у меня есть. Медиков везде не хватает. По поводу замужества у меня другая точка зрения — выходить замуж надо не удачно, а по любви.
Рогозин рулил и думал, ну вот еще одна цель — построить загородный дом. Он остался доволен собой, вроде ничего навязывать не стал, а выяснил многое. Надо будет еще выяснить, нет ли у нее ухажера, а то придется отваживать. По любви, значит, так по любви. Любить она будет, только его! Других вариантов нет.
— Маша, а я тебя маленькой помню, курносой, куклой с огромными глазами. Моя мама за тобой присматривала, когда твои родители переезжали. Трудно, без родителей? — спросил Рогозин.
— Я их плохо помню, редкие моменты, как в зоопарк водили, в цирк. Как папа велосипед купил, учил на нем кататься. Плавать учил на озере. Помню у мамы животик, у меня должен был родиться брат — рассказывала Маша.
Тимур слушал девушку, а душа завязывалась в узел.
— Но у меня все хорошо. Родителей мне заменили бабушка с дедушкой. Правда, дедушка умер четыре года назад, смерть моего отца его сильно подкосила. Папа был поздний и долгожданный ребенок. Моей бабуле уже восемьдесят лет.
— Что ты говоришь? Никогда бы не подумал.
— Многие так говорят. И не верят в ее возраст. Она всегда была в семье движущей силой, энергичной. Она ездила строить БАМ, там они с дедушкой и познакомились. Дедуля звал ее командиршей.
— А ты в кого?
— Не знаю — Маша опомнилась, что разболталась — Тимур, ты извини. Тебе неинтересно, наверно.
— Было бы не интересно, не спрашивал — констатировал парень. Про себя подумал «на сегодня вопросов хватит». — Почти приехали.
У Маши зазвонил телефон.
— Да, слушаю. Привет, Алиса. Мы скоро подъедем. Непредвиденные обстоятельства. Конечно расскажу. Софии Андреевне передай все хорошо — Маша скинула звонок — Твоя мама беспокоится, что случилось. Почему так долго. Не нужно было ехать за мной. Она тебя ждала. Хотела побольше наговориться, насмотреться, на кухне похлопотать. Все говорит, ей в радость кого-то покормить. Нас с Алисой домашней едой все балует — упрекнула Рогозина Маша.
— Машка, я взрослый мужик и сам решу, куда мне ездить и за кем. Привыкай. С мамой я еще наобщаюсь. Она у меня замечательная. Я ей очень дорожу. Но моя жизнь, это моя — ответил жестковато.
Маша сидела в ступоре. Почему должна привыкать? И вдруг решила показать свой характер. С чего бы?
— Ты знаешь, Тимур, я тоже уже взрослая. Привыкла принимать решения. И мне не нравится, когда мной манипулируют потому, что кто-то мужик. Цивилизованные люди должны друг друга слышать и договариваться. Здесь не море, где тебе все подчиняются. А ты, не капитан на моем судне. Усвой себе это.
Осадила, так осадила и отвернулась к окну.
— Машунь, я не хотел тебя обидеть, извини — произнес растерявшийся Тимур.
— Вопрос закрыт — отрезала девушка.
Оставшуюся дорогу ехали молча. Ошарашила, так ошарашила. Причем себя и Рогозина.
Глава 6
Подъехали к дому. Рогозин вышел из машины. Хотел помочь Маше. Но она уже выскочила. Достала сумки и отправилась к подъезду.
— Дай, понесу. Сумки тяжелые. Тебе еще рожать.
— Не от тебя же. Раньше носила и теперь не надорвусь.
— Вот-ведь пигалица упрямая — крикнул в след уходящей девушке Тимур.
— Знаешь кто ты сам? Наглый тип. Навязался на мою голову.
Из подъезда выскочила Алиса. Маша с сумками гордо прошествовала мимо нее.
— Это что! Что случилось? Маша, Тимур?
Рогозин развел руками и ответил:
— Вот, как-то так. Практически на ровном месте огреб. Крепкий орешек. Ничего раскусим. Да, Алиска? Ну, что стоишь, догоняй подругу, помоги. Мне не позволили.
Алиса ошарашенная рванула за подругой. Догнала только у квартиры. Втащили сумки. Маша, не раздеваясь, прошла на кухню, выпила стакан воды. Села на стул и выдала:
— Правильно ты, Алиса, сказала. Картинка. Этот индюк назвал меня пигалицей. Представляешь?
— Значит, кроме того, что я наглый, я еще и индюк. И, что это за картинка? О чем речь? — Тимур стоял в проеме кухни. — Вас, что не учили дверь запирать?
Маша соскочила со стула, начала выталкивать Рогозина из квартиры. Тот ржал, как конь. На выходе развернулся, притянул разъяренную Машу к себе и впился ей в губы. Он с трудом оторвался от девушки:
— Прелесть, а не девка. Дверь запри!
Вышел, хлопнул дверью. Маша очнулась, рванула дверь и выкрикнула:
— Девки, вдоль дороги стоят, понял? И чтобы я тебя больше не видела!
София Андреевна стояла на площадке, глаза были на выкате. Тимур загибался от хохота. Алиса стояла, открыв рот.
— София Андреевна, извините, но пока ваш сын дома, я к вам не приду.
Девушка, со всей дури, хлопнула дверью. Разделась. Пошла на кухню, начала разбирать сумки.
— Маша… — попыталась заговорить Алиса.
— Лиска, давай все потом, мне нужно прийти в себя. Ну, вот надо было явиться за мной. Это ты с Софией Андреевной послали его! Что вообще здесь было без меня? Ты, мне скажи? — Маша никак не могла успокоиться. — Почему этот наглец, решил, что я ему буду подчиняться? Ты ему очень понравилась, а оттачивать свои приказы и хотелки решил на мне? Убила бы гада. Так сколько время? Успеем в клуб. Давай собираться.
Алиса сидела скромно на стульчике, мило улыбалась. Все встало на свои места. Маша приревновала Тимура к Алисе, эта ревность вылилась в театральную постановку. Кто кого приручит первым? Сколько на это потребуется времени? Тимур Алисе показался классным парнем, но почему-то не цепляет. Слишком властный и уверенный. Красивый и самодовольный тип. И если бы даже она стала на него смотреть, как на потенциального кандидата? Мечта подруги это — табу! Алиса решила пока не раздражать Машу. В клуб, ну пошли. Собрались и отправились в центр, там клубов не один.