6 глава - 16
Москва, Петровка, 38, кабинет убойного отдела, осень 2017 года.
– Слушай, Грацкий, это какая-то фантастика, – на Грацкого посмотрела мужчина, сидящий в кресле под портретами главы МВД и президента.
– Кравцов, я тебе говорю, что все так и есть, – Грацкий раздавил сигарету в полной до краев пепельнице, – ну что мне придумывать-то? Мы с Алабяном уже месяц с ним ковыряемся. Я тебе говорю, это оживший мертвец. Ну фигурально. Бандит, который сымитировал свою смерть в девяностых, после чего стал киллером и теперь работает через интернет.
– Не, ну интернет, конечно, та еще помойка, – Юра Кравцов поскреб в затылке, – но как мы туда попадем? Туда же ордер никто не выпишет.
– Надо взять этого киллера и всё, мы там! – Грацкий достал из пачки и в две затяжки выкурил еще одну сигарету, – мы знаем, как на него можно выйти, через дочь Парамона!
– А чего ж сразу не через его дочь? – Кравцов кивнул на портрет президента, – Грацкий, Парамона прихватить не за что. Нет, я слышал про перестрелку в ее квартире, но вы, кажется, дело сами и закрыли.
– Нас вынудили это сделать. Видимо, Парамон с адвокатом… Ты этого борца с системой знаешь, одессит, мать его, – Грацкий постучал кулаком по подлокотнику кресла.
– Ооо, товарищ полковник, – Кравцов развел руками, – у вас еще и адвокат такой? Забудь.
– Да чего забывать-то? Найдем Парамона дочь, найдем и киллера, а дальше на всех остальных выйдем. Тебе его только задержать, а я его фактами задавлю. Мы с Алабяном столько всего на него накопали… Там труп на трупе и трупом погоняет! Он похлеще любого твоего маньяка, которого ты брал! Где не появляется, везде трупы! И прихватить его нельзя. Формально он мертв, – Грацкий посмотрел на Кравцова.
– Ну допустим, – Кравцов на секунду задумался, – санкцию, конечно, я не получу даже на допрос Парамоновской дочери, как потерпевшей. Я так понимаю, заявления от нее никакого нет. Значит и потерпевшей Парамоновой тоже нет. А вот с латышами там убитыми можно попробовать. По факту она, получается, свидетельница. Свидетельница убийства граждан другой страны. Так? И теоретически, конечно, у нас с Латвией так себе разговоры получаются, но общий разговор есть. Я так понимаю, они там на радостях, что Адзерсов грохнули, ламбаду у себя танцуют. Ну, менты местные. Ну вот можно к ним и подкатить, типа с вашими душегубами все кончилось, а нам их как-то оформить надо. Правовое государство, сотрудничество и все такое, – Кравцов потер руки, – и дело надо закрыть общими усилиями, так что чтобы окончательно убедиться, что это Адзерсы, надо одну свидетельницу опросить. С вас только запрос на это…
– И что это даст? – не понял Грацкий.
– А то и даст. Мы типа им это дело передаем, латышской стороне, и они его закрывают. Конечно, все плюшки им, – Кравцов махнул рукой, – но нам с тобой от этого ни горячо, ни холодно. Главное, что этих душегубов грохнули. А вот им опрос свидетельницы понадобится, и ни один адвокат этого запретить не сможет, даже «Кошерный». Такой вариант устраивает? – Кравцов посмотрел на Грацкого, – конечно, время какое-то займет. Был бы кто у нас в Латвии…
– Есть у меня однокурсник, Жавелис. Он вроде там у них что-то представляет, – задумался Грацкий, – можно через него попробовать. Мы с ним вроде в соцсетях общаемся, поздравляемся, созваниваемся даже иногда.
– Вот это уже тема, – Кравцов поднял палец, – только вот скажи мне, Грацкий, одно. Зачем тебе тогда дочь Парамона? Мы в рамках этого дела можем самого киллера в розыск объявить, как свидетеля.
– Кого ты объявишь, – остановил Кравцова Грацкий, – он труп с девяносто третьего года.
– Ну да, – Кравцов почесал затылок, – третий день не сплю, видимо батарейки кофейные кончились. У нас тут такое твориться. Всё лето стреляли, виноватых нет, а протоколов и документов куча, – Кравцов опустил руки на огромную кипу папок на столе, – и до Нового года надо все это разобрать, иначе тринадцатая мимо.
– Да она, Юра, и так мимо, – согласился Грацкий, – давай к моим висякам. Было бы неплохо, если бы ты к Парамоновскому телефону прислушался. Наверняка ему дочь будет звонить. Вот и вычислим ее тогда. А через нее на стрелка и выйдем. И я даю слово, я его расколю!
– Ну если так уверен, – Кравцов задумался, – ну давай попробуем. Сейчас я ребятам их техподдержки наберу, они Парамошу и попасут, но сам понимаешь, неформально. Так что, если возьмем его и доказать не сумеешь, за улики это не проканает. И если Парамон узнает, что мы его слушали, жди всех его адвокатов. И тогда там не только тринадцатой, там никакой не будет, еще и должен останешься.