Ковбой?
Я думала, последний представитель вымер еще в восьмидесятых. Будь я в другом месте и при других обстоятельствах, я непременно бы рассмеялась.
Но человек стоящий напротив, не мог вызвать смех. Лишь страх быть стиснутой в крепких руках и быть размолотой на мелкие щепки.
Первый испуг проходит и я решаюсь заговорить первой, раз ночной гонщик очевидно делать этого не намерен.
– Здравствуйте! – нарушаю тишину.
Снова молчание.
– Кажется, у моей машины перегрелся радиатор,–пытаюсь унять дрожь, и четко выговорить слова. Не хватает, чтобы он догадался, что мне страшно.–Посмотрите?
Может, тень так падает или меня начинает глючить, но на мгновение кажется, что уголки его губ трогает улыбка.
– Меня зовут Габриэлла Хилл,– этот нахал продолжает нагло таращиться, и молчать.–Я направляюсь в Форт Эдисон.
После упоминания моего имени, ковбой напрягается и буквально на секунду стискивает кулаки. Собаки, учуяв жест своего хозяина, начинают неистово тормошить дверцу кузова.
Они привязаны на цепь, прочность которой весьма сомнительна.
Что я там думала насчет побега?
Только надо определиться, что страшнее. Умереть в лесу от голода или быть растерзанной двумя церберами. Если, судить по звуку, что исходит от пикапа, меня ждет незавидная участь.
Мужчина спокоен, словно наслаждается моим замешательством.
В отличии от моего мозга, который лихорадочно гонит по кругу, все возможные варианты моей смерти. А она меня непременно ожидает. Потому что адские собаки, которые своим бешенным лаем возможно уже разбудили медведя в берлоге, вот-вот вырвутся на свободу.
Он бросает взгляд на своих жутких псов, которые тут же затихают и начинают скулить как побитые.
Внимание снова возвращается ко мне. Я не вижу его глаз, но всем нутром ощущаю, как он наглым взглядом проходится по моему телу, с ног до головы, уделив особое внимание высоким каблукам.
«Господи, как наверное странно я выгляжу со стороны».
– Вы что, меня не слышите? – его молчание начинает бесить и моему терпению приходит конец.– Если не хотите помогать, не задерживайтесь и перестаньте пялиться на меня.
Шумно сглатываю, понимая, что перегнула палку.
Мужчина поднимает голову, будто собирается созерцать звезды. Теперь мне виден его гладко выбритый подбородок и линия тонких губ. Он нагло проводит языком по внутренней стороны щеки, словно предвкушает интересный для себя расклад.
– Это ты зря,–губы искажает кривой оскал.–Мисс Хилл.
Он мгновенно преодолевает, оставшиеся расстояние между нами.
Все ближе и ближе...
«Боже, и что мне теперь делать»?
Глава 3.1
Инстинкт самосохранения вызывает непроизвольное желание отшатнуться.
– Не советую, – равнодушный голос пресекает, попытку бегства. – Если нет желания стать ужином для хищника.
Дальнейшее его действие, даёт понять, что объект его интереса вовсе не я, а собственно мой автомобиль.
– В сторону, Куколка. – одним рывком, словно пушинку он отрывает меня от земли, и отстраняет от капота.
Мало того, что этот неотесанный Ковбой называет меня куклой, так еще и смеет прикасаться своими грубыми лапами!
Видимо о воспитанности в этих краях не слыхали.
Вблизи он действительно кажется огромным. Его мускулы вырисовываются из-под сорочки, которая облегает его мощные плечи, когда он склоняется и начинает сосредоточенно осматривать дымящиеся детали автомобиля, выискивая причину поломки.
– Послушайте, "Мистер сошедший с сигаретной обложки Мальборо" Не смейте меня так называть и бесцеремонно лапать — тоже.
Он поднимает голову и выглядывает из-под надвинутой на лоб шляпы. От этого жеста, мурашки начинают забег по всему телу. Неужели ему не дали инструкцию к ней? Кто же надевает их по ночам? Но озвучивать колкость не вариант, сама выгляжу "не лучшим образом".
– Закончила? – невозмутимо интересуется нахал. Он словно не воспринимает мои слова всерьёз. Все так же спокойно исследует автомобиль. Кажется ему даже не интересен мой ответ или реакция, потому что он, не обращая на меня никакого внимания, обойдя машину садится в нее и с первой же попытки заводит двигатель.
– Нет, не закончила, – возмущаюсь вслух. – Я не давала вам права переходить на фамильярное общение со мной. Я вам благодарна, но...