— Ты все-таки вернул Ярину? — спросил у Святослава, брата, когда решили рабочие вопросы и выбрались на обед. У него с женой настолько запутанная история, приправленная лютой жестью и семейной враждой, что лучше не лезть — убьет высокое напряжение. Поэтому я интересовался очень осторожно, в резиновых перчатках касаясь этого оголенного провода.
— Нашел убедительные доводы, — Свят ответил сдержанно. — В пятницу у нас в особняке что-то вроде «светануть ебалом», — показал кавычки. — Нужно жену заново представить обществу. Вас с Яной ждем, остальные так, — и показал два пальца в рот.
— Слышал уже. Будем, обязательно. Надеюсь, ты мою мать…
— Пришлось.
Мама есть мама, но моя порой невыносима. Моих жен она терпеть не могла, а мне не хотелось в очередной раз быть буфером.
— Кстати, я хотел насчет Лики… Она просила приглашение: вроде там кто-то из богемы будет, ей нужно засветиться.
— Ты реально хочешь столкнуть своих жен? — приподнял бровь так, словно смотрел на самоубийцу.
— Лика — моя бывшая жена. Мы давно развелись, а Яна… Странная какая-то в последнее время. Пусть увидит, что я не капаю слюной на бывшую.
— А ты не капаешь? — усмехнулся Свят. Ему легко говорить: он вспыльчивый и жесткий, но однолюб. Ярина — его одержимость, просто он не желал признавать, что с ума сходил по жене.
Я не успел возразить: мне неожиданно позвонила классный руководитель дочери.
— Извини, — посмотрел на брата, — это из школы. — Здравствуйте, Вера Борисовна. Что-то случилось?
— Здравствуйте, Мирослав Константинович, у нас тут ситуация с учителем английского. Не могли бы вы подъехать?
— А что Яна Николаевна? — привычно подумал, что жена решит все проблемы в школе. Учеба — в принципе ее вотчина: уроки, собрания, родительский комитет, все эти бесконечные чаты. Яна директор, и у нее были время и возможность плотно этим заниматься. Языки — это ее тема, конек. Она закончила иняз и была профессиональным лингвистом.
— Яна Николаевна недомогала с утра и уехала домой пораньше. Тем более, Николь… — на секунду замялась. — Она сказала, что у нее есть родители. Мы звонили ее маме, но она не ответила. Поэтому просим приехать вас.
— Ясно. Буду через полчаса.
По дороге позвонил Яне — она не ответила. Это как бы ее зона ответственности, это давнее и негласное решение. Я в школе бывал раз в год, как председатель попечительского совета: отстегивал им бабла на все хотелки: бассейн, новая библиотека, теннисный корт, собственный манеж. А решать с учителями — это не мое. С партнерами и конкурентами я на равных или выше, когда козыри на руках, а учитель — это авторитет, меня в детстве так учили.
— Лика, здравствуй, — набрал бывшую. Она взяла после второго гудка.
— Привет, Мирик, — по голосу она улыбалась. Рада меня слышать.
— Тебе звонили из школы. Почему не отвечаешь? — Лика, естественно, этими вопросами не занималась вообще никогда и даже не интересовалась. Зачем это воскресной маме? Но пора начинать…
— Я с незнакомых номеров не беру. Поклонники порой очень настойчивы. А что-то случилось?
— У Николь какие-то проблемы, меня вызвали.
— О-о-о… Я тоже приеду! — мне понравилось, что Лика не отмахнулась от дочери, а готова разделить со мной родительство.
— За тобой заехать? — почему-то мой голос звучал глухо.
— Спасибо, но я на машине, — вздохнула. — Хотя с радостью поехала бы с тобой… — намек.
— Увидимся, — закруглился. Меня в школе ждали, я там мыслями должен быть: с дочерью, а не с ее сексапильной матерью.
Лика опоздала, поэтому говорить с учителем пришлось самому. Ничего криминального не произошло: Николь получила по проверочной работе двойку, потому что не подготовилась. Закономерно. Скандал с учителем по языку вышел из-за недопонимания: дочка огрызнулась, когда ей сделали замечание, что без помощи «понятно кого» она скатится в троечницы. Тут объективно и педагог не прав: это на кого наезд? Не только на Ники, но и на Яну. При мне, конечно, сказал, что имел в виду усвоение знаний, а не просто «записал и забыл».
— Простите, пробки, — Лика встретила нас на ступенях. Николь тут же бросилась ей в объятия. Дочка в красках рассказала о своей кручине. — Поехали обедать, — предложила бывшая. — Куда ты хочешь? Чего-нибудь вкусненького?