Как же так вышло, что Лика снова вошла в мою жизнь, но не как забытое прошлое, а как сексуальное настоящее? Сам не знаю, воткнуло и все. Ее стало слишком много в моей жизни: она улыбалась, ластилась, намекала, и я поплыл, как и тогда, по молодости.
Что я имел сейчас? Сейчас все повторялось: от меня ушла жена, только виновником разрыва теперь был я. Неделя до годовщины — девять лет вместе — не дожили…
Я не хотел, чтобы вышло так, не стремился, не предполагал! Гнал машину подальше от дома и понимал, что мне физически дурно: видеть Яну с чемоданом и Ромку с игрушками, но покидавших наш дом — это выше моих сил. Остановить ее просто не смог бы — не силой ведь держать? Я слишком обидел жену. А самое мерзкое, что в душе знал: меня тянет к бывшей, и это не прошло как морок. Разумом все понимал, но инстинкты слишком сильны. Мне нужны обе эти женщины. Кажется, я любил их обеих. Это невозможно, но факт…
Мне много звонили, даже мать обрывала телефон: вчера ее взбаламутил, теперь будет пытать, пока не узнает, что у меня в жизни стряслось. Она была очень недовольна, что я был на вечере у Свята без жены. И еще больше возмущалась, когда мы там с Ликой пересеклись и провели время вместе до последней минуты, как пара: вели себя прилично, но…
Мама не любила Яну, но и моя бывшая никогда не вызывала у нее восторгов. Но произошедшее мать считала жутко неприличным. Я пригласил ее на танец, и мама возмущенно пеняла, что я выглядел, как мужик, выгуливавший в приличном обществе шлюху. Женатый мужчина так себя не ведет, хотя бы из уважения к нашей фамилии и к моей собственной жене. В этой ситуации именно Яна станет жертвой сплетен, слухов и кулуарных смешков. Такого спича я от матери давно не слышал, тем более, в защиту женщины.
Домой приехал к вечеру. Машины Яны в гараже не было — честно, была надежда, что жена передумала и решила не пороть горячку. Но нет, дома было слишком тихо. Детей нет, жены нет, снова я здесь один.
На кухне пахло едой: на плите в фольге ужин, а в холодильнике закуски и салат. Марта приходила, хоть кто-то остался.
Я поднялся в спальню: Яна пока забрала необходимое. Правильно, за раз столько добра не вывезти. Пускай, она может приходить в этот дом когда угодно. Это ее дом. Я не готов был оставить его Лике в свое время, но готов переписать на Яну, если дело дойдет до развода…
Я спустился в погреб и взял прохладную бутылку хорошего французского коньяка. Разжег камин в нашем домашнем кинотеатре. Раньше здесь была еще одна гостиная, но мы переделали ее под очень уютное гнездышко: здесь всегда был комфортный полумрак, даже летом не жарко, на полу — мягкие ковры по самую щиколотку и теплые пледы на мягком диване. Мы любили здесь всей семьей устраивать вечера кино. Ромка, конечно, только мультики смотрел, но по субботам, если мы были дома, то, уложив сына, втроем что-то выбирали выше 12+.
Мне не хотелось ничего, кроме как немного забыться. Бухать не выход, но наркотики я не принимал, трахаться с левой лядью не по мне, спорт — задолбал меня этот здоровый образ жизни. Нажрусь и сдохну, и пусть все рыдают! Да, я умел быть эгоистом и иногда даже практиковал. Заебался быть хорошим, разумным: головой, а не эмоциями! Похуй, буду пить, пока не выблюю желудок вместе с памятью.
Я уже был тепленьким, когда увидел на экране телефона фото Николь. Мутный взглядом нашел зеленый значок и ответил:
— Да, дочь…
— Мирик, ты где? Мы не могли до тебя дозвониться! — это была Лика. Да, она звонила, но я сегодня вне зоны доступа.
— Я занят.
— Чем? — подозрительно поинтересовалась.
— Бухаю.
— О-о-о… А за Ники ты не приедешь? Завтра понедельник, школа.
— Пришлю водителя.
— Я могу привезти, если ты не против, — прощупывала почву.
— Вези, — и отключился. В прямом смысле. Проснулся от того, что меня гладили по волосам и целовали в шею.
— Проснулся? — это была Лика. — Твоей нет, я проверила… — потянулась к губам. — Соскучилась, Мирик. Мы так и не закончили… — оседлала меня. Да, она права: я сорвался тем вечером, но мы так и не переспали. Я не лгал Яне.
Мы с Ликой пересеклись на приеме у брата и провели вечер вместе, а ночь… Осенняя прохлада увела к высоким тополям, здесь практически не было слышно музыки, только хмельной вкус шампанского на губах и дух бесшабашной молодости. Когда только поженились с Ликой, трахались везде и всюду, плевать на приличия, места и удобства. Вот и сейчас она прижималась ко мне и шептала, покусывая мочку уха, что без трусиков.
Я грубо прижал бывшую к дереву, нетерпеливо задрал юбку дизайнерского платья и провел рукой по оголенной промежности. Мокрая, голая, готовая. Два пальца скользнули внутрь, голова кружилась от желания, в горле пересохло. Я прижался губами к нежной коже на шее и расстегнул ремень, вытаскивая во тьму похоти налитой член. Я толкнулся вперед, уже практически вошел, когда услышал голоса. Зажал Лике рот рукой, платье быстро поправил и отошел, приводя себя в порядок. Нас не должны были застать в таком виде, это был бы лютый пиздец. А так ничего не случилось. Ничего! Но грань мы перешагнули.