— Нет, — Артур рассмеялся. Очень красивый мужчина, но от него буквально фонило опасностью. — Не люблю блондинок. Они мне кажутся глупыми. Ой, — сцепил зубы. — Ну хоть подуйте, Яна! — закапризничал с холеной улыбкой. И я подула. Странный мужчина, притягательный и отталкивающий одновременно.
— Это стереотип, — ответила я, возвращаясь к теме бывшей Мирослава. Значит, они все-таки вместе.
— Но не в ее случае, — откровенно смеялся. Я закончила манипуляции первой помощи и показала, насколько комично перевязала ухо. Артур ржал в голос.
— Вы святая. Сразу видно, что не Нагорная по крови, — поцеловал мне запястье. Так неожиданно интимно, что я не успела среагировать. — И очень красивая. Всегда любил зрелых женщин… — поднялся и привлек меня к себе совершенно свободно. Я обескураженно уперлась в твердые поджарые плечи. — Ты, Яна, выглядишь так, словно тебя давно хорошенько не тра… не целовали, — и прижался к моим губам, ловко раздвигая языком зубы и проскальзывая внутрь: поглаживая нёбо, лаская и завораживая. Я ответила. На инстинктах поддалась соблазну. Как это быть с другим? Артур умело меня целовал, а мне просто необходимо было ощутить себя желанной женщиной.
— Это что? — услышала знакомый голос. — Это что, мать вашу, я спрашиваю! — а это уже рев.
Я разорвала поцелуй и бросилась на Мира. Еще драки здесь не хватало!
— Не устраивай сцен! — не давала подойти к Артуру. — А вы… — смущенно бросила через плечо. — Вы уходите.
— Мир, да ты двоеженец хренов, — Артур был спокоен и даже пытался стебать моего мужа. Пока мужа. — Ну проказник! Кто бы мог подумать!
— Завали ебало, — Мирослав пытался отцепить меня от себя, чтобы не зашибить ненароком, но я буквально повисла на нем. Как та самая обезьянка.
— Артур, уходите, прошу…
— Иди сюда! — Мир надвигался. — Без второго уха останешься. Да отпусти ты меня! — сжал мои плечи, но я только сильнее стиснула его шею и длинной ногой обвала его. Еще шаг, и мы вместе упадем.
— Артур, пожалуйста!
— Только ради вас, Яна, — и зевнул. — Но я надеюсь на продолжение. — Я моментально вспыхнула. — Приятно оставаться.
Я проводила взглядом широкую спину и наконец отлипла от Нагорного. Он бросился вслед за своим врагом.
— Мир, перестань! Ты не имеешь права! — схватила его за руку.
— Что?! — он повернулся и пошел на меня. — Ты вообще охренела! Ты что творишь!
— А что, собственно, произошло?! Ты спишь с Ликой, а я не могу дать привлекательному мужчине поцеловать себя?!
— Ты моя жена!
— А ты мой муж и что? — воскликнула, поражаясь его непробиваемой уверенности, что можно только ему.
— Ты сама от меня ушла! Но пока мы официально женаты…
— Через неделю не будем! — мы начали орать, привлекая все больше внимания.
— Слушай, а как я должен реагировать? — со свистом сквозь зубы. — Может, помочь тебе трусы снять и ноги раздвинуть, а ему на член гондон надеть и объяснить, как правильно тебя трахать?! — ядовито закончил.
Я дала мужу пощечину. Осаживающую и приводящую в чувства.
— Не смей так со мной разговаривать, — выдохнула в разъяренное лицо. — И оскорблять не смей, — ткнула пальцем в грудь. — И вообще, — осмотрела с демонстративным недоумением, — с чего ты взял, что знаешь, как правильно меня трахать? — выстрелила словом и развернулась, гордо убегая в ночь без верхней одежды, но не испытывающая холода. Наоборот, все во мне пылало праведным гневом. Совсем уже охренел! Действительно двоеженец! Если б я имел двух жен!
— Стоять, — поймал меня где-то в зарослях декоративного можжевельника. — Что ты хочешь этим сказать? Тебе плохо со мной было?
— Да! — вздернула подбородок. — Да, да, да!
Глава 10
Мирослав
Я смотрел на нее — гордую, злую, красивую, невероятно возбуждающую, — и не мог поверить, что это правда. Удар по самолюбию такой же болючий, как и по яйцам.
— Что, девять лет терпела и мучилась? — схватил за обнаженные плечи. Яна дрожала. Я скинул смокинг и надел на нее. С залива дул ледяной ветер: он должен был остужать голову, но меня трясло от огня, разгоравшегося внутри.
— Почему девять? Год.
— Год?
Я не понимал. Я типа стараться перестал?
— Да, наш последний год. Ты думал о ней, когда был со мной. Я не чувствовала тебя и не…
— Кончала, — договорил за жену. Моя взрослая, такая умная и серьезная Мудрёна. Намудрила же ты, девочка…