— Кстати, — Лика была недовольна, — поговори с ней. Николь жалуется на твою благоверную.
— Бред. Яна растила ее с четырех лет, — уколол, да. Лика вспыхнула от напоминания, — и никогда не обижала.
— Тогда Ники была способом подобраться к тебе, а сейчас твоя Яна ревнует.
Я не ответил, только бросил на бывшую предостерегающий взгляд: не нужно пытаться унижать мою жену вот такими завуалированными выпадами и думать, что я этого не замечу. Лика умела такое поворачивать, знакомый прием. Яна, может, и ревнует, но явно не больше нее самой.
— Звони, если что-то будет нужно, — произнес напоследок. С ней теперь наша дочь, а Лика никогда не была практичной женщиной. Именно поэтому я даже бытовые вопросы помогал решать. Только поэтому…
— Спасибо, Мирик, — поцеловала меня в щеку, грудью прижимаясь к руке. — Извини, — дернула кокетливо плечом, — я, наверное, много выпила. Тебе тоже лучше за руль не садиться, — ласково провела по моим волосам. И я позволял ей эту тактильность. В этом же ничего такого? Я же ее не касался. Первый. Измена — это секс, а этого я себе не позволял с бывшей, остальное — не повод переживать. Я за черту не зайду. Просто не позволю себе!
— Нормально. Выветрилось все.
Время было за полночь, но домой я не поехал. Просто колесил по ночному городу. Петербург так красив в скупой подсветке исторической архитектуры. Пара бокалов вина давно растворилась под натиском хмурых мыслей, а я всегда был аккуратным водителем.
Сложно принять, но в чем-то Лика была права. Меня к ней тянуло безбожно. Уже год жил в полнейшем смятении: сначала даже не замечал этого, потом спираль закрутилась настолько туго, что не вдохнуть от осознания собственной слабости. Я не мог выбрать. Не мог понять. Не мог решить. Синица или журавль? Нет, я не сравнивал этих женщин, как лучшую и попроще. Исключительно свои ощущения рядом с каждой. Счастье, которое уже в руках, или то, которое еще нужно построить, но оно обещало быть феерией или переломать мне кости.
С Яной прожил больше восьми лет, и никогда не посещала мысль о разводе, о неудовлетворенности жизнью, о неправильности выбора. С Ликой в совокупности шесть, затем — скандалы, ссоры, взаимные обвинения. Как итог — развод. Ради дочери примирились и были интеллигентны друг с другом, но к ней у меня внутри горело. Второй раз женился, и решил, будто прошло, потухло, пепел остался только, но стоило ей подуть, и снова — смятение, жар, страсть.
Так ничего и не решив, отправился домой. Было поздно. Позднее, чем я обещал вернуться. В спальню поднялся тихо, не хотел разбудить жену. В гардеробной сбросил одежду и сразу отправился в постель. Душ принимал, еще когда с работы пришел, если сделаю это сейчас, то Яна реально может решить будто между мной и Ликой что-то было.
Жена лежала, отвернувшись к окну: я лег рядом и поцеловал ее в оголенное плечо, не скрытое одеялом. Яна вздрогнула. Не спит.
— Прости, что задержался, — погладил напряженную спину. Продвинулся ближе, утыкаясь носом в густые волосы с запахом сирени. Возможно, это что-то другое, но аромат неизменно ассоциировался с этими цветами. Яна — директор школы, и ее роскошные волосы чаще в пучке, а жаль.
— Ты пахнешь ее духами, — произнесла едва различимо.
— Приобнял, когда здоровались, — солгал, конечно. Если бы не позволил Лике себя касаться, то этого разговора сейчас бы не было. Тем более, Яна не поверила мне: замерла, как маленький зверек, предчувствующий беду. Интуиция. Я должен разубедить жену, потому что не хочу ссор, обид и недомолвок. Потому что я пока ничего не решил.
Я прижался к ней теснее, чувствуя приток возбуждения: в свои тридцать два у жены была хорошая фигура. Яна стройная, длинноногая, но со всеми приятными округлостями, особенно грудь. Именно ее мял, дразня крупные розовые соски. Старался расслабить и снять напряжение, да и мне разрядка нужна: яйца ныли от переизбытка спермы. Сегодня меня слишком часто возбуждали, но без финиша.
Я задрал шелковую сорочку и полез под трусики. Сегодня не хотелось прелюдии, хотелось взять, кончить и успокоиться, но…
— Я не хочу, — Яна убрала мою руку и отодвинулась, хотя я уже практически вставил.
— Ян, ну ты чего? — попытался перевернуть ее и поцеловать. Ок, готов постараться и раззадорить. — Тебя муж хочет, вообще-то. Не отказывай страждущему, — потерся о бедро стояком.
— А ты кого хочешь, страждущий? Меня? — Яна неожиданно села в постели. — Или ее?
— Перестань, — начал заводиться уже морально. Права ведь, права! Но черт! — У меня с Ликой ничего нет. Но такими темпами…