- Мой брат такой человек. Он никогда не сможет встречаться с одной девушкой, - сказал Ринат, когда я смотрела на его брата и ту жгучую брюнетку, льнущую к нему как кошка. – Дай мне шанс, и я не словами, а поступками докажу, что другой. Знаешь, в детстве мы с Тимуром отличались друг от друга. Если мой брат не мог долго играть одной машинкой, то у меня был грузовик, которым я дорожил. Когда у него ломалось что-то, я чинил, чтобы не потерять любимую игрушку. Пойдёшь со мной на свидание, Эля?
- Пойду, - кивнула я, сглотнув солёный ком слёз, подступивший к горлу. В тот момент мне хотелось сделать всё, чтобы вытравить из себя это противное чувство первой влюблённости и ощущение ненужности.
И Ринат показывал поступками, что отличается от своего брата: всё свободное время он уделял мне, постоянно водил на необычные свидания и смог растопить лёд в моём сердце.
А потом жестоко предал…
Вышвырнул на улицу, как щенка, не позволил ни слова сказать в своё оправдание. Ещё и обвинил в измене. Права мама – все в их семейке скользкие лгуны, но сейчас я вынуждена принять помощь одного из них.
Нет.
Не помощь.
Заключить с ним сделку.
Как бы тяжело ни было, я справлюсь со всем ради сына.
Мы устраиваемся в удобных креслах, и я рассказываю сыну, как пройдёт его первый осознанный полёт.
Немного боязно, но мы справимся.
Сжимаю ручонку Мирошки, а пальцами свободной руки впиваюсь в подлокотник кресла.
- Боишься высоты? – спрашивает Тимур, сидящий напротив нас, и я вздрагиваю от ледяных вибраций его голоса.
Боюсь.
Но ему совсем необязательно знать все мои слабости.
Глава 4. Тимур
Самолёт набрал высоту, и всё прошло лучше, чем я ожидал. Паренёк ведёт себя вполне неплохо. Я видел детей его возраста – сущие дьяволята. А тут спокойный ангел, если сравнивать с ними. Мирон надувает свои пухленькие щёки и тянет палец в рот.
- Брось это дело, не мужское оно, - говорю хрипловатым голосом.
Стараюсь не повышать тон, потому что ребёнок может испугаться, а Эля проснётся. Она задремала, когда пацан уснул, а он решил, что выспался и уже минут через десять раскрыл глазёнки.
Мирон вздрагивает и смотрит на меня как-то по-детски насупившись.
Всё-таки испугался?
- Ну чего смотришь? Я не умею обращаться с детьми. Не знаю, что ещё тебе можно сказать, - перехожу на шёпот.
Мальчишка улыбается.
Он будто бы не дотягивает до своего возраста в развитии. Непохож он на больного. Впрочем, я не врач ведь, так что не могу судить. Однако мне кажется, что он всего лишь медленно развивается, потому что ему это и не нужно вовсе? Зачем? Если мама на ручках везде донесёт и всё сделает за него?
- Ты мужик. Нужно с детства быть мужиком. Гадость всякую в рот пихать не надо. Будет потом весь рот в болячках.
Чувствую себя каким-то идиотом, потому что не умею говорить с детьми.
Пацан внимательно наблюдает за мной, а потом переводит взгляд на Элю и тянет к ней ручонки.
- Не надо. Пусть мама отдохнёт.
Эля постанывает во сне, и я не могу не отреагировать. Столь сладкие звуки заводят меня. Я так и не смог вытравить её из своего сердца, пусть она вышла замуж за моего брата. Конечно, она ничего не обещала мне. Между нами не было ничего даже, но я всё-таки рассчитывал, что у нас есть шанс. Наверное, Ринат оказался шустрее.
Шустрее, но глупее, раз не смог удержать своё счастье в руках.
Сам прогнал её от себя.
Мирон надувает губы и смотрит на меня как на врага.
Ну а то мне врагов мало!
Покачиваю головой.
- Смотри в окно. Интересно ведь наблюдать за облаками.
Хотя, что там интересного для трёхлетнего ребёнка?
Я дурак, не иначе.
- Хочешь, фокус покажу?
Пацан улыбается.
Он даже кивать не умеет?
Или просто считает меня недостойным своего царского ответа?
Забавно становится, и я посмеиваюсь собственным мыслям.
Всё-таки дети способны поднять настроение даже своими нелепыми движениями.
Достаю из кармана носовой платок. Я не фокусник, но парочку трюков знаю. Снимаю с пальца кольцо, пропускаю через него платок и ловко прячу его.
- Куда исчез платок? – спрашиваю я, и Мирон взволнованно пытается что-то сказать, а с его губ срывается что-то вроде мычания.
Разве может он хоть какие-то звуки издавать, если немой?
Наверное…
- Сейчас мы его вернём.
Пытаюсь провернуть фокус в обратную сторону, отвлекаюсь и не сразу замечаю, как пацан пытается встать с кресла.
Срываюсь, потому что он начинает падать и вот-вот расшибёт себе нос в лепёшку.