Каждый день со школы я шла туда и лежала у могилы родителей до тех пор, пока за мной не приходил кто-то их родных и не забирал. Я уже не плакала, а порой, просто спала, когда меня забирали. Но, мои вылазки были закончены, когда тетушка решила сама отводить и забирать меня со школы.
Скандал случился несколько недель спустя, когда я попыталась сбежать из дома ночью, пока все спали. Удивительно, но я, будучи совсем малышкой, совсем не боялась темноты ночи. Меня поймали, когда я выбегала из дома. Шуму было очень много. Кажется, у них лопнуло терпение. Тетушка была в ярости.
– Хватит! Прекрати ходить на это кладбище. Они умерли! Все, их нет больше! Для чего ты туда ходишь? С костями обниматься хочешь?
Я стояла с виновато опущенной головой, слезы предательски выступали на глазах, но я не позволяла себе плакать.
–Чего ты молчишь? Что тебе дома не сидится?
– Мой дом там, где мои мама с папой.
Холодно отрезала я.
–Ты сошла с ума девочка?
– Карима!
Грозно зазвучал голос дяди. Его суровый вид говорил сам за себя. Он мог напугать меня, даже не глядя в мою сторону.
– Значит так. Если девчонка еще раз попытается выкинуть что-нибудь подобное, запри ее и пусть сидит дома, не ходит в школу, на улицу и вообще никуда. Ты поняла?
Тетя Карима послушно кивнула головой. Дядя, завершив зачитывать свой приказ удалился.
С того дня походы на кладбище прекратились. Точнее, конечно они не прекратились, но стали более редкими. Только там моя маленькая душа находила покой. Я рассказывала маме с папой о том, как прошел мой день, делилась успехами и жаловалась на неудачи. А, когда мне хотелось обнять их, я ложилась на их могилы и крепче прижималась к земле, мне казалось, я чувствую их тепло. Часто я безмолвно смотрела на каменные плиты, скрывающие моих маму и папу, и мучилась желанием высвободить их оттуда. Я закрывала глаза и представляла, словно они сидят рядом и разговаривают со мной, отвечают на мои вопросы, гладят по голове и просят немного потерпеть и быть послушной девочкой, не расстраивать дядю с тетей. И я старалась, я очень старалась их не подвести.
Я росла вдали от их мира, мне не было интересно ничего. Я четко выполняла, данные мне указания и на этом заканчивала всякие контакты. Это касалось и учебы, и отношений в семье. Я чувствовала себя чужой. Чужой везде. И только на могилу к родителям я приходила, словно домой, только здесь чувствовала тепло, так мне необходимое.
Я поняла, что время совсем не лечит. Но, оно заставляет взрослеть и по- другому реагировать на боль, порой, эту боль, заглушая, а порой, давай ей абсолютную свободу.
Все дни, до момента, навсегда изменившего мою жизнь имели серый оттенок и горьковатый привкус.
Этот же день был ядовито черным. От воспоминаний тело охватывает дрожь, и тошнота подступает к горлу. Вновь появляется это ощущение грязи на теле, хочется немедленно смыть все с себя. Собственное тело вызывает у меня отвращение, после случившегося. Хочется избавиться от него, лишь бы, ничего не напоминало о произошедшем. Лишь бы не чувствовать его запах на себе, не думать о нем. Никогда бы не подумала, что удостоюсь такого презрения к себе самой.
Я действительно ненавидела и крепко презирала себя. Это был мой день рождения. Выполнив все наказы семейства я, по обыкновению своему, отправилась на кладбище. Сегодня, я могла провести там хоть весь день, поскольку тетушка с дядей и сестрами поехали выбирать подарки, по случаю предстоящей помолвки старшей сестры. Дома оставались только я и Адиль. А он, как я была уверенна, не сильно заметит моего отсутствия.
Обходя заросшие кусты, я пробралась к могиле родителей и взялась приводить участок в порядок. Плита была грязной от недавних ливневых дождей, а трава проросла так, что закрывала имена на поверхности плиты. Покончив с работой, я улеглась на могиле отца и обняв ее воображала, будто это он. Я закрыла глаза и воодушевленно рассказывала ему о событиях в школе, о суете в доме, по случаю помолвки сестры, обо всем, что происходило вокруг меня. Я никогда не могла себе позволить говорить так открыто, с кем-то еще. Мне казалось, папа с интересом слушает меня, а порой, даже отвечает мне. Вдруг я ощутила чье-то присутствие. Открыв глаза, я обнаружила Адиля, непонимающе разглядывающего меня.
– Нет, конечно, то, что ты здесь не стало для меня неожиданностью. Но, ты что, и вправду разговаривала с ними?
Я стыдливо отвела глаза и поспешно встала.
Отряхнувшись от земли, я направилась в сторону дома.