Моя голова инстинктивно оказывается лежащей на его груди.
Не понимаю, что происходит. Да и не хочу понимать. Мне сейчас так спокойно. Стоять и обнимать своего шефа... Боже! Всего первый день, а я либо в друзья, либо на служебные отношения записалась.
Обнимать Льва Германовича то же самое, что после долгой поездки вернуться домой. В родную комнату к родным сердцу вещам, к любимой кровати…
Он отстраняется от меня так же резко, как и обнял. Смотрит на что угодно, но только не на меня. К счастью! Ибо моё лицо пылает. А душа требует продолжения...
Да что с тобой, Аня?
— Извините! – произносит мой босс хриплым голосом. – Прошу, уходите! Сейчас же!
Что происходит? Надо бежать!
Беги, Аня! И не останавливайся!
Прекрати стоять! Беги! Беги!
Дважды повторять не нужно.
Спохватившись, большими шагами иду к двери и в тот момент, когда я закрываю за собой её, слышу то, что точно было предназначено не для моих ушей.
— Артём, мне нужно досье на Соколову Анну сегодня к вечеру… Важно всё!
Глава 5
Лев Германович
Не могу не улыбаться! Не могу забыть эту девчонку! То, как прижимал её к себе! То, как от неё пахнет! Клубника и ваниль...
Не могу забыть её испуганные глаза… Её глаза! Такие родные, голубые, словно лёд.
Я уже видел такие глаза раньше, но тогда они сами были настоящим арктическим льдом. Льдом без единой капли эмоции.
Ближе к вечеру мой телефон начинает настойчиво трезвонить. Лена. Моя нынешняя любовница. Наши отношения начались спонтанно. Она оказывала мне знаки внимания с того момента, как я вернулся в компанию. На последнем корпоративе мы провели вместе ночь, находясь под воздействием обстоятельств. Я хотел прекратить эту связь сразу же, так как я против служебных романов, но Лена заявила, что её не интересуют отношения. Она со мной, якобы только чтобы не чувствовать одиночество. Меня такая позиция полностью устраивала, ведь я тоже чувствовал себя одиноким.
В самом начале всё было именно так: ненавязчивые, свободные отношения, в которых вы встречаетесь только для определённой цели. Я делал ей подарки, водил в рестораны, терпел её истерики. Мне было комфортно рядом Леной. Никаких чувств и ожиданий, поэтому я позволял ей очень многое, порой переходящее черту, которую мы установили в самом начале. Но терпению приходит конец. Последней каплей стала наша предыдущая встреча. Я подарил ей серьги, а она закатила мне истерику, что она бриллианты хочет, а не вот эту, как она выразилась, «безвкусицу». Что она достойна большего.
Она права, женщина и, правда, достойна большего. Больше того, что я могу ей дать. Я не люблю её и не хочу дарить ложные надежды.
— Да? – приветствую девушку холодно.
— Пусечка, ты приедешь? – слышу в ответ.
«Пусечка», «Заюшечка»… как она генерирует эти ужасные прозвища?
— Нет, у меня дела, – нагло вру.
— Ну, львёночек, ты ещё обижаешься? – мурлычет она в трубку. – Ты меня совсем не любишь?
— Лена, я уже тебе говорил! – устало выдыхаю. – И после твоего последнего фокуса я понял: нам не по пути!
— Пусечка, прости, – она делает паузу. – Приезжай ко мне, поговорим, — слышу в её голосе кокетство, явно намекающее на план нашего «разговора».
— Нет.
— Это из-за твоей новой помощницы? Выбрал себе красивей и моложе? И всё, Леночка, иди в лес?! – прыскает ядом.
— Лена, чёрт тебя возьми! Я тебе никогда ничего не обещал. Мы сразу об этом договорились! И ты на это была согласна! Так чего ты хочешь от меня сейчас? — зло проговариваю, сдерживая ярость.