Глава 20
Не знаю сколько проходит времени, но в сознание меня приводит сообщение от Кира, собирающегося приехать в течение получаса. Рассеянно оглянувшись, я неспешным шагом бреду домой, ловя на себе подозрительные и вместе с тем заинтересованные взгляды соседок около подъезда, по-видимому, ожидавших продолжения шоу, жаль только главный актер уехал, так и не попрощавшись.
Зайдя в квартиру, я незамедлительно направляюсь в ванную, чтобы привести себя в порядок и замаскировать следы недавних слез. Не хочу тревожить Кирю, у него и так на работе проблемы, к тому же, в их общении с Игорем ничего не изменилось, так что очевидно проблема во мне. В характере ли или языке — не важно.
Я бы смогла найти решение, какой-нибудь компромисс позволяющий остаться близкими людьми, если бы он только открылся мне и позволил хоть на секунду заглянуть в такую близкую и одновременно закрытую на семь звонков душу.
Я придирчиво осматриваю в зеркале свое лицо, отмечая небольшую припухлость вокруг глаз и носа. Киря не должен заметить. Выйдя из ванной, я нерешительно замираю напротив кухни, не в силах оторвать глаз от низенького стульчика около окна. Грудь сдавливает будто в тисках, а звенящая тишина противно давит на перепонки.
На негнущихся ногах, как под гипнозом, я подхожу и сажусь на любимое место друга, задумчиво крутя новенький телефон в руках, некогда подаренный Киром, ведь именно Игорь уговаривал меня все это время открыть наконец молчаливо оставленный на пороге подарок, но я упрямилась так, будто от этого зависела моя жизнь. Как бы глупо ни казалось, но тогда я действительно боялась, что заменив свой старенький, разбитый в пылу гнева телефон, хранивший в себе столько счастливых воспоминаний, я лишусь всего самого важного в своей жизни, а взамен получу новехонький, с кучей ненужной ерунды, отливающий холодным блеском, безжизненный кусок метала. И некую новую, абсолютно незнакомую реальность, где не будет места привычным теплым посиделкам, глупым шуткам, смущающим Кира и многочасовым разговорам по ночам.
— Все так и вышло, — горькая усмешка касается губ.
Будь то интуиция или провидение, но чувства меня не обманули, ровно как и сейчас я точно знаю, что не могу потерять Игоря и пустить все на самотек. Если будет нужно, я готова сотни и тысячи раз ударяться головой о стену, выстроенную им.
Короткий звонок в дверь вырывает из размышлений и, натянув улыбку, я иду открывать дверь. Каким же оказывается мое удивление, когда на пороге я вижу Кирю с огромным букетом, едва ли не больше него самого. От неожиданности слова застревают в горле, а шестеренки в голове начинают крутиться, пытаясь найти причину.
— Привет, красавица.
— Привет, — пропустив парня внутрь и приняв огромный букет, еле уместившийся у меня в руках, я с широко распахнутыми глазами смотрю на сияющее лицо Кири и кротко интересуюсь:
— А какой повод?
— Разве нужен повод, чтобы подарить любимой цветы? — он улыбается несвойственной ему, лукавой улыбкой и я невольно смущаюсь подобных изменений в поведении Кира.
Он собирается что-то сказать, но вместо этого шумно выдыхает и задорный огонек в его глазах угасает, сменяясь неуверенностью и волнением. Молчание затягивается и я, неловко улыбнувшись, киваю в сторону кухни, намереваясь поставить цветы в воду. Киря бесшумно следует за мной, и стоит мне обернуться, как он замирает практически на пороге:
— Ты чего как неродной? — я ласково улыбаюсь, доставая вазу, но Киря лишь смотрит на меня остекленелым взглядом и, будто собравшись, начинает говорить.
— На самом деле поводу есть, — голос парня звучит глухо, но вместе с тем уверено и, оставив цветы на столике, я вся обращаюсь в слух.
— Я решил, что лучше сделать это в домашней обстановке, к сожалению наши отношения были лишены уюта и…
Киря делает небольшую паузу, а я вспоминаю, как на первых парах мне было тяжело смириться с его вечным отсутствием и приоритетом в виде работы.
— Я знаю, что это моя вина, я не давал тебе многое из того, в чем ты нуждалась и… в том числе самое важное — нормальную совместную жизнь.
— Кирь, к чему ты…
— Дослушай пожалуйста.
В его словах слышится больше, чем просьба, а в глазах по-прежнему плещется волнение и необъяснимый страх. Я покорно замолкаю, хоть мне и тяжело вспоминать наши бесконечные ссоры по поводу жилья и беспрерывные ночевки Кири у себя в квартире, то из-за работы, то из-за командировок, то еще из-за чего-нибудь.
— Я говорил тысячу раз и не устану повторять, что люблю тебя и не хочу тебя терять…снова.