- Та-ак, - с готовностью отзывается генеральный директор, надевая очки. Быстро облизнув пальцы, он выцепляет ими чистый листок из стопки, второй рукой хватает карандаш и, бегло начав записывать, иронизирует, - побуду вашим секретарем, Сергей Алексеевич.
- Встречи можно назначать, начиная с послезавтра. Завтра – свадьба.
В глазах родителя вспыхнул вопрос, но он не спешил его озвучить, для начала, видимо решив, выслушать меня. Узнать все мои наметки.
- Ладно, - тянет он, глядя на запись. - Дальше?
Вскидывает взгляд.
- Дальше… - подтягиваюсь в кресле. Соображаю, пытаясь увидеть следующее звено для цепочки дальнейших действий.
Неспешно поднимаюсь на ноги. Обхожу кресло. Облокотившись на его высокую спинку, с прохладцей выдаю:
- А дальше выводим его из игры.
Встречаюсь взглядом с отцом. Он прищуривается, ожидая пояснений.
- Организуй Бурову командировку к дяде Валере. На год! – жестко припечатываю я. Пусть пробудет под его присмотром.
- А Альбертик там не сдохнет со своими белыми ручками? – усмехается батя, поглядев на меня поверх очков.
- Ну, это уже его проблемы.
Я равнодушен?
Да, равнодушен к его судьбе.
- Допрос кому проводить, сынок? – мерно барабанит пальцами по крышке стола Алексей Михайлович.
- Пусть Валера и проведет. Я Бурова видеть не могу.
- Дядька наш будет рад дармовому работнику, - батя раздумчиво смотрит в пространство. А потом, будто очнувшись, спрашивает: - Оформляем все официально? Или скоропалительное увольнение, а потом «Не знаем, где наш бывший замечательный сотрудник»?
- По бумагам – второе. - Пристально гляжу на отца. – Но очень хочется, чтобы этот козел ни о чем не догадывался, пока его дядя Валера с самолета не встретит с распростертыми объятиями.
- Понял, - без лишних слов он кивает и что-то записывает. – А теперь главный вопрос. – Батя снимает очки и в свою очередь изучает мое лицо. – Что делаем со свадьбой?
Коротко переглядываемся.
- Люди из Москвы едут. Из Китая. Отменить – значит поставить бизнес на паузу на ближайшие полгода, - отец чуть оттопыривает ворот рубашки.
Встаю рядом с креслом, уперев об угол покатой спинки тыльную сторону ладони, и замираю напротив родителя.
- Свадьба состоится.
Я понимаю, что сейчас отец сильно удивится, но я не хочу, чтобы он спешил с выводами.
- Что? – глухо ахает он. – Ты женишься на этой шл***?
- Ты недооцениваешь собственного сына, - ровно замечаю я.
Душа моя выпотрошена, потому никого негодования нет.
Шаг назад от кресла. Запускаю большие пальцы в карманы. Мельча шаги, прохаживаюсь перед столом туда-сюда, но при этом периодически продлевая между мной и отцом зрительный контакт. Продолжаю излагать свои мысли неторопливо с паузами. Я все еще восстанавливаюсь. Однако у меня так мало времени! Крупицы просто…
- Никто не знает, кто моя невеста. Из этого мама умело сотворила фишку предстоящего торжества, - грустно усмехаюсь, вспоминая открытки, содержащие приглашение на свадьбу, - она даже пригласительные подписала от своего и твоего имени, - улыбка сходит с моего лица, - так она совсем не видела ЕЁ рядом со мной. – Выдерживаю недолгую паузу. - Мама часто молится. Вот почему ее желания сбываются.
Гендиректор задумывается.
- Сынок, так на ком ты хочешь жениться? – и тут же накидывает варианты: - Актрису нанять рискованно. Да и чужой человек нам в доме не нужен.
Интригуя отца до последнего своим невозмутимым видом, возвращаюсь в кресло. Подкатываюсь к столу и заговорщицки наклоняюсь к бате:
- А что если сделать рокировку? Как в шахматах! – уже не скрывая лукавой улыбки, выпрямляюсь в кресле и символическим жестом переворачиваю стоящие на столе декоративные песочные часы. – Я хочу перевернуть все в свою пользу. В-се-е!
Чувствую, как в жилах начинает расходиться кровь в предвкушении чего-то рокового в моей жизни. Судьбоносного. И единственного верного моего личного решения. Я решаю сам, что и как. И в эту самую минуту я предчувствую, что поступаю верно.
- Я женюсь на Анжелике, отец. На Ан-же-ли-ке.
Глава 3. Идеальная рокировка
Кто такая Анжелика отец знал прекрасно.
Но мое заявление ошарашило его не на шутку. В изумлении он открыл рот, дернул бровями и, анализируя новость, в секундном замешательстве хлопнул глазами.
- Идеальная рокировка, но… - подбирая слова, он медленно прошелся кончиком языка по нижней губе, - но, - мерно слегка качая головой, поднимает на меня свои темно-серые глаза, - здесь ребенок… и…
- Отец, - абсолютно спокойно зову его я. На моих губах, наверное, в данную секунду возникает что-то подобие улыбки. Момент умиротворения. Я его поймал. Удержать не могу, – нет лучшего развития событий для нас, чем женитьба на Анжелики. Свадьба завтра. Бизнес – здесь и сейчас! Мы не можем его поставить под удар. Риски огромны. Все важные встречи последуют после торжества. Медовый месяц с таким форс-мажором отменяется. Я буду здесь. Надо работать. Работа – лучшее, что может вытащить из беды и из убогого состояния, - на миг прикрываю глаза, растираю ладонью лоб. - Я хочу продолжать дело, а не тормозить его. Хочу работать отчаянно и много. Анжелика – это тот человечек, который поможет обыграть всю историю нам на руку! А тот факт, что она беременна – это как раз то, что мы должны принять взамен, чтобы выиграть.