С заминкой, но оборачиваюсь. Правую руку на перилах сменяет – левая. Спускаюсь на ступеньку.
Анжелика топает ко мне и, дойдя до лестницы останавливается.
- Что происходит? – и без того упрямые брови взметнулись вверх.
Я неплохо знал Анжелику и прекрасно видел сейчас, что если я не дам вразумительного ответа, она от меня не отстанет. В противном случае – соберется домой. И что-то я не припомню мужчину, который бы ее переспорил. Даже ее отец Александр Германович Милов всегда уступал своей любимой и единственной дочери. И делал это исключительно по-джентельменски и охотно.
Та-ак…
Что там говорил ее папа?
Волосы на макушке зашевелились.
Для начала стоит снять с девушки… напряжение и тревогу.
Первое, что необходимо сделать – это произнести ее имя нежно, мягко, словно проникая в душу.
- Анжелика, - улыбаюсь, как идиот, - привет.
О-о-о!
Подействовало.
Черные длинные реснички захлопали.
- Привет, - вроде бы обычно выдала она, но затем, в знак устанавливаемого доверия облегченно выдыхает и чуть выставляет ножку вперед. А это уже знак того, что она готова меня выслушать.
Доверительно и тепло глядя в синие глаза Миловой, располагаю ее к себе.
- Анжелика, - слегка улыбнувшись, спускаюсь еще на одну ступеньку, - тебе не составит труда подождать меня пятнадцать минут в кабинете?
«Очень важный и серьезный договор нам с тобой предстоит», - додумываю я про себя.
Милова смотрит на меня пристально, словно взглядом проверяя – вру или нет. В глазах ее щелкает выбор и она, опустив взгляд и мелко закивав, отступает к кабинету.
Анжелика…
Зажмурившись, подставляю лицо под упругие струи воды. Хватаю флакон шампуня с полки. Наношу на волосы. Вспениваю привычными массирующими движениями.
Анжелика, Анжелика…
Помниться она сдала меня. Единожды. Но все же!
Я был подростком. Милова на четыре года меня младше.
Мне стукнуло шестнадцать и ужасно захотелось прокатиться на отцовской тачке. Новенькой-преновенькой. Соблазн огромный! Ведь такой автомобиль на тот момент в городе имелся в единственном экземпляре. А я еще возьми да и поспорь с одноклассником.
Водил я аккуратно. Думаю, сделаю кружочек по центральной улице Владика и обратно в гараж загоню. И спор, таким образом, выиграю и докажу, что мой папа по-настоящему крут.
В доме был прием. Родители по какому-то случаю собрали гостей. Пока они были заняты, я с другом собирался сделать дело. По пути в гараж нам встретилась Анжелика. Я нисколько не смутился и продолжил путь. Всегда скромная и тихая девочка в моем воображении не могла нас сдать.
Но эта белобрысая… То есть светленькая привела мою маму. А потом пряталась за ее спиной, когда та нас с другом отчитывала. В наказание мама неделю общалась со мной через отца и Валентину. Неприятно ощущать себя в виде мебели. Но мы помирились с мамой после того, как я дал слово, что больше так не стану поступать.
А белобрысая…э-э… светленькая доносчица после этого помню к нам в гости на протяжении целого года не ходила. Боялась. Меня? Ха-ха!
А потом мы с ней пересекались уже реже. Раз-два в год, не чаще.
Стоя перед зеркалом, обтираюсь полотенцем.
Так, что надеть?
Я, млин, предложение буду делать! Самому смешно, когда в шмотках роюсь. Рубашка поло. Спортивные брюки. Легкая обувь.
Контрольный проход расчёски по волосам.
Красавчик.
Погнал вперед.
Ой.
Шаг назад. Чуть не забыл воспользоваться парфюмом.
Пшик-пшик.
Нет, сука, все-таки у меня мандраж!
Предложение делать – это не поле перейти.
Второй раз в своей жизни за столь короткий срок.
Три месяца всего разница между ними.
Кольцо!
Черт.
В день свадьбы я собирался преподнести невесте второе кольцо. Покосился в сторону сейфа, где оно лежало. Но это же самое кольцо я не могу подарить Анжелике, иначе это будет этакая постоянная напоминалка о Кавериной. Нет-нет… Позже я верну его в ювелирный магазин, а сейчас нужно подумать, что делать дальше.