-Знаешь, Кость, все что я могла иметь с тем человеком, это низкие потолки в квартире, долги за садик, неудовлетворенность в постели. – она засмеялась. – Казалось, что 10 лет разницы это много, но по-хорошему много. Я думала, что он будет моей поддержкой и опорой в жизни. Я была такой хорошей девочкой, что не могла и подумать что он – плохой. У нас бы была скудная жизнь. Я бы превратилась в серую мышь, которая экономила бы на помаде, что бы отвести ребенка в школу.
- Ты удивительная. Ты открылась мне, доказав что именно я – твой мужчина. Не каждая девушка может быть искренней с богатым старым кошельком.
- Ты никогда не был для меня старым, а уж кошельком то тем более.
- Ты в этом году заканчиваешь университет. Что ты планируешь дальше делать? От моей помощи ты отказываешься. Да и в свою адвокатскую контору я не могу тебя устроить экономистом. Но вот у Паши есть одна вакансия.
- Если только он возьмет меня не с широкого жеста. И возьмет на самую низкую должность – я согласна. Я хочу с начала все пройти. Все выучить в реальной жизни.
- Да, но у меня тоже есть «но».
- Какое, Кость?
- Ты сдаешь на права. Я покупаю тебе машину. Вот прям с завтра ты идешь на курсы.
- Ааааааа!! – Алёна бросилась к своему мужу. Ей давно этого хотелось. Жизнь за городом прекрасна, но очень неудобная в плане передвижения.
Уже месяц как Алёна закончила университет. Костя презентовал ей машину на восьмое марта. Белый мини купер. Они долго спорили, когда выбирали для нее средство передвижения. Его смущала ручная коробка передач, Алёна же говорила что это прекрасно. Но он сдался.
Осенью Алёне стало плохо.
- Ты очень бледная. – заметил Костя. – Ты опять на диете, мы же договорились что худеть будем вместе!
- Нет, но с вчерашнего дня я ничего не могу съесть. Меня рвет.
- Дорогая, а может ты…
- Нет, мы же всегда осторожны.
- Алён, пойми правильно. Тебе 22. Ты будешь еще детородной лет так 20, если не большее. Мне уже 45. Через 5 лет я уже не смогу.
- Все ты сможешь! Ты сейчас больше меня можешь!
- Жена, не спорь. Я – мужчина, значит я мудрее. Собирайся, поехали в клинику.
На этот раз Алёна не спорила. Ей действительно было плохо, и нужно было выяснить, что случилось.
Пока Алёна сидела в холле, её муж разговаривал в кабинете врача.
- Константин Николаевич, у вашей жены…
- Она ждет ребенка?
- Нет, и пока об этом говорить рано.
- Как? Она же молодая!
- У нее поликизтоз. Он вызвал боли в животе. А тошнота – обычное отравление.
- И это лечится?
- Нужно быть аккуратным. Я выписал ей лекарства. Конечно, со временем киста пройдет. На этот раз обойдется без хирургии. Но это может повториться. И тогда завести ребенка будет сложнее. Сейчас опасности нет, и через 2-3 месяца все нормализуется.
- Зачем ей регулон? Это же противозачаточное!
- Сейчас ей нельзя беременеть.
Костя вышел хмурым. Молча взял Алёну под руку, сказал, что закроет к чертям эту контору, через 10 минут он успокоился. Сказал, в любом случае у них будут дети.
Он отвез Алёну в Германию, решил не доверять киевским лечебницам. О работе его жена забыла. Теперь они готовились к беременности и к ребенку.
Как может быть, у здоровой, ладно, у молодой девушки организм не хочет иметь детей?
Алёна редко виделась с родными. У нее не осталось друзей. О Саше и Леше она ничего не знала. Хотя, просила мужа помочь им в карьере. Хотя бы Саше. За Лешу она была спокойной – ему есть кому помочь. Костя думал, что эти два парня могут быть потенциальными любовниками Алёны и отвергал просьбы жены.
Ей было так страшно. Страшно, из-за того что её любимый мужчина найдет другую, которая исполнит его мечты. Она никогда не спорила с ним, выполняла все его прихоти. Сама ждала когда забеременеет, но как-то не получалось.
Они старались. Очень. Ходили на занятия для молодых родителей. Вместе вели здоровый образ жизни.
В сентябре намечалась вечеринка в честь пятнадцатилетия конторы Кости. Должны были быть все сотрудники. Алёне так не хотелось туда ехать. Она просила мужа поехать одному, но тот сказал, что её явка – обязательна.
Наверное, они надоели друг-другу. Секса между ними не было уже неделю, они даже не спали рядом. Алёна засыпала, Костя еще работал. Просыпалась – он уже уезжал.
Приезжая домой – жаловалась. Мама говорила – не бесись с жиру, никто не запрещает тебе развлекаться.
На вечеринке Костя опять оставил её одну. Она знала только пару человек, «состоятельных кротов». Почти каждый из них приходил на подобные мероприятия с новой, ультрамолодой барышней. Алёне было уже 25. Тем девочкам было не больше 18. Возможно, по 17. Адвокаты все-таки знали разницу между «малолетней» и «несовершеннолетней». Интересно, кто эти девочки. Судя по положениям рук адвокатов на их задницах – не дочери. Эскорт? Элитные проститутки? Модели?