Выбрать главу

Они были все похожи. Если не блондинка, то чернильная брюнетка. Редко на таких мероприятиях встретишь рыжую или русую. У всех платья расшиты палетками, у всех туфли – Лабутены. У всех длинные, накладные ногти и наращенные ресницы.

Алёне стало душно. Она решила выйти на балкон. На соседнем балконе она увидела своего выпившего мужа. Одна из тем выблондераливанных девиц старалась с ним ворковать. Алёна заняла наблюдательную позицию.

- Ой, у Вас такие красивые руки! – пищала девица.

Как можно на этих красивых руках не заметить кольцо? Обручальное кольцо! Даже если он его снял, должна остаться белая, незагорелая полоска – доказательство, что он носит обручальное кольцо!

Эй-эй, малолетняя профурсетка, отойди от моего мужа!! Но Алёне было забавно понаблюдать над картиной дальше.

- А что Вы делаете сегодня вечером? Я и моя подруга боимся оставаться одни в большой квартире.

Костик явно не потерял интерес к свежему мясу.

- Да, а кто твоя подруга?

- Вон та, длинноногая брюнетка с высокой грудью.

- А что Вы умеете?

- Мы умеем все. И мы делаем все! Только всему свое время, а время имеет цену.

Проститутки.

Вопрос с моделями и эскортом отпал сам.

Алёну зашатало, хотя она готова была уже появиться и разнести все к чертям, но упала в обморок.

Глава 6

Очнулась Алёна уже дома. Утром. Открыла глаза, вспомнила, что собиралась устроить за секунду до того, как отключилась.

- Ты такая смешная, когда ревнуешь – глаза Кости сияли, но не понятно какого черта!?

- Что вчера было?

- Я вышел покурить. Привязались эти вши. Но я тебя сразу заметил, Алёна, это 3 метра расстояния.

- Какого черта, Костя? Что это было? Тебя потянуло на молодых и свежих? Да к кому еще, к продажным!

- Алё… Алён, все не так как ты подумала. И сейчас мне нужно тебе кое-что другое сказать.

- Что?

- Вчера я отвез тебя в клинику. Ты беременна. У нас будет ребенок! Но лучше сейчас собраться и лечь в больницу.

- Подожди, почему я ничего не помню? … Как ребенок?

- Ты не рада?

- Ты спала.

Ответ был таким коротким, что Алёне понадобилось время, что бы осмыслить все, что ей только что сказал муж.

Ребенок. У нее будет ребенок! Она не бездетна! Что с беременностью? Какой строк? Девочка… Мальчик?

Конечно – мальчик! В этом Алёна была уверена.

Последующий месяц она провела между больницей и домом. Казалось, у них с Костей все наладилось – он больше не задерживался, следил за Алёной, как за маленькой – что она ест, как она одета, что она делает.

Костя хотел девочку. Говорил, что она должна быть красоткой – с кудрявыми темными волосами, с глазками, как у мамы.

Говорил, что девочка будет тоже Ал, как жена: Алина, Алевтина, Альбина или Алиса.

Костя, как сумасшедший бегал по детским мирам, в поисках идеальной кроватки или коляски.

К шестому месяцу беременности Костя завалил две комнаты детским бельем, пеленками, игрушками.

Алёна смеялась, что теперь у нее будет два ребенка. Потому что её грозный и серьезный Константин Третьяков стал таким дитем. Он каждую игрушку, каждую показывал жене!! Как она работает, и что развивает.

- Пожалуйста, Костик – не покупай ноутбук и телефон для ребенка! Они ему еще не нужны! – смеялась Алёна.

- Это не испортится, мы опять потом новое купим.

- А что мы будем делать со старым?

- Выбросим. Передадим в детдом.

- Ты невыносим!

- Зато почти папочка!

Свое 26-летие Алёна провела в роддоме. И сын был её подарком. Опасения врачей были оправданы, Алёне сделали кесарево.

- Алён, это мальчик! - Костя гладил по щеке свою жену. – Представляешь, 4.300!! Богатырь! Мы не думали над именем мальчика… Как мы его назовем?

В этот неловкий момент Алёне что-то снилось. Алёна сквозь сон, еле слышно сказала «Сань…».

- Ты права, назовем его Ваней! Будет Третьяков Иван Константинович.

Нет, Алёна очень любила имя «Иван». Но она не могла понять как так муж назвал их ребенка без её ведома?

Ванечку и маму забрали через неделю. Все, что, Алёна не могла отдать Косте, а Костя, в свою очередь не хотел получать – доставалось Ванечке. Ваня славный мальчик. Послушно кушает, спит, не капризничает по ночам. У него глазки мамы. И носик. И ушки. Такое чувство, что Кости и рядом не было.