— Ирод, вот кто он! Самый настоящий! — сокрушалась Берта, беря меня за руку и пытаясь всячески морально поддержать.
— Девонька моя, уходить надо! Пока упырь окаянный не очухался, да не посадил тебя под замок.
Я покачала головой из стороны в стороны.
— Без супруга никуда не уйду. Не брошу его.
— А если ирод успел с ним что-нибудь сотворить?
Я прижала руку к сердцу и с вызовом на нее посмотрела:
— Пока сама не увижу, не удостоверюсь в этом, не уйду.
Старушка сникла, склонила голову и тяжело вздохнула.
— И в кого ты такая упертая народилась. Но, будь по-твоему. Я тебя всегда поддержу.
Я подошла к двери, выглянула в коридор — никого не было. Тогда вернулась в комнату к Берте и тихо произнесла:
— Нянюшка, мне очень нужна твоя помощь. На тебя никто не подумает, не заподозрит. Проследи, прошу, за Управляющим. Я думаю, это он мужа перепрятал, да где-то в отдаленных комнатах держит.
Няня удивленно на меня посмотрела, и понятливо кивнула.
— Однако будь осторожна, я не знаю его мотивов. Вроде он герцога с детства воспитывал, предан был, всегда на его сторону вставал и меня поддерживал. Но вдруг Ксавьер младший ему угрожает или силой заставил. Главное — это мужа найти, да тайком его из замка вывести.
— Ох, девонька, девонька. Смотрю, влюбилась ты в своего мужа. — сокрушалась пожилая женщина, но отговаривать больше не стала.
— Прослежу, все сделаю. Только навряд ли Управляющий при тебе к нему в комнаты пойдет. Надо бы тебе отлучиться.
— И заодно старшего на воздух вывезти. — продолжила я. — Тогда наверняка, независимо от того, на чьей он стороне, Управляющий к мужу пойдет, чтобы покормить или перепрятать.
Заговорщицки кивнув друг другу, я нежно обняла и поцеловала нянюшку, отчего та засмущалась и счастливо заулыбалась.
— Ступай, девонька, и не кори себя. Ты ничего бы против дракона не сумела бы сделать. Вон как он охранника зашиб, чуть жизни не лишил. А мужа твоего найдем. Хороший он человек. Ступай.
Воодушевленная разговором, я побежала на кухню, чтобы приготовить обед и принести его лжемужу.
Входя в покои супруга, держа поднос с мясным супом, я постаралась расслабиться и придать лицу безмятежный счастливый вид.
Мужчина уже поджидал меня, встречая взволнованным, но радостным взглядом. Мне даже показалось, что он облегченно вздохнул, будто сомневался, приду я или нет.
Это придало мне сил, и уверенным шагом я ступила внутрь.
— Доброго дня, Ксавьер! Знаешь, я передумала. Сегодня такая замечательная погода, грех сидеть взаперти в замке. Предлагаю после еды отправиться на прогулку. Заодно кресло чудное опробуем, что привез граф Штолли. Ты согласен?
Мужчина посмотрел на меня слегка отстраненным взглядом и три раза моргнул.
Что ж. Пока все идет по плану.
Вытащу его на прогулку, а няня установит слежку за Управляющим.
Кажется, я поторопилась нести бульон с кухни. Он еще недостаточно остыл, источая горячий ароматный пар.
Я набрала полную ложку супа и подула, чтобы остудить, несколько раз. Так, теперь вроде не должен обжечься.
Подняла голову и собралась поднести ложку к губам мужчины, и замерла вместе с нею.
Ксавьер смотрел на меня с такой необузданной страстью, с таким хищным азартом, казалось, будто сейчас вскочит с постели, схватит меня и вопьется с неистовым желанием в мои губы.
Я шумно сглотнула, не в силах отвезти взгляд. Какое-то странное чувство поднималась из глубины меня.
Похоже мужчина заметил мое удивленное состояние, потому что сразу прикрыл глаза, а его обнаженная грудь начала высоко вздыматься.
И если раньше его взгляд очень напоминал взгляд моего мужа, вызывая в душе сомнения, то теперь я была на сто процентов уверена, что это другой мужчина. Смотревший на меня с животным вожделением, словно зверь, словно влюбленный зверь.
32. Разговор с Управляющим
Я лежал в постели и переживал. Вдруг Адель что-то заподозрила и сбежала из замка, бросив меня одного?
Мне очень хотелось ей все рассказать, наконец-то выразить слова любви, которые столько дней вертелись у меня на языке, не в силах быть высказанными.
Но доказательства, предоставленные Алексом, словно червоточина разъедали мне сердце, требуя тщательно разобраться и найти всех виновных в моем отравлении.
Кто его знает, на что способен мой враг.
И если я готов был простить, и практически простил мою жену, отведя ей роль жертвы, использованной в темную. То основной противник мог в любой момент нанести удар по мне и моей семье. А я не хотел подвергать жену и будущих детей какой-либо опасности.