Я мгновенно зажмурился. Сам же продолжал лихорадочно думать, как обезопасить Адель от себя.
Радовало одно. Мое тело лежит неподвижно, а значит, если я не позволю дракону обернуться, ничего страшного не произойдет.
Я успокоился. Глубоко вдохнул и вдруг почувствовал нежные пальчики на своем плече.
— Ксавьер. Я слышала рычание. — раздался встревоженный шепот жены. — Я заглянула везде, никого нет. Ты в порядке?
Я молчал, стиснув зубы и жмурясь еще сильнее.
Адель потрясла меня за плечо. Я не реагировал, притворившись спящим.
— Ксавьер! Ксавьер! Что с тобой? — жена не на шутку перепугалась и стала трясти сильнее. Понимая, что только усугубляю свое положение и Адель не успокоится, я открыл глаза и оцепенел.
Она смотрела на меня немигающим взволнованным взглядом, но ее большие глаза затягивали меня на дно бездны.
— Ксавьер, с тобой все в порядке? — спросила она шепотом и попыталась отстраниться. Видимо ее напугал мой бешеный взгляд.
Неожиданно для самого себя я схватил ее за руку и резким рывком подтянул к себе.
Адель стала выворачиваться, бить меня кулаком по плечу, и я на мгновение пришел в себя. Разжал руку и освободил ее запястье. Ломая себя. Ломая дракона.
Быстро нащупав лежащую на тумбе бумагу, я нацарапал слова — «Я опасен, уходи. Я хочу тебя… как женщину».
Закрыв глаза, я дрожащей от плохо контролируемого вожделения рукой протянул ей лист. Слышал, как жена встала и отошла.
Я тяжело вздохнул и снова глубоко задышал, пытаясь вернуть полный контроль. Было тихо.
Желая удостовериться, что жена правильно меня поняла и ушла, я открыл глаза и не поверил. Адель стояла у стола и внимательно на меня смотрела. Заметив мой взгляд, она поднесла бумагу к свече, и подожгла ее.
Когда от листка остался лишь пепел, жена задула свечи, оставив одну, и направилась к кровати.
— Бездна! Бездна! Бездна! — ругался я, поражаясь ее беспечности.
Но словно не понимая, какие чувства клубятся у меня внутри, Адель присела на край кровати и посмотрела мне прямо в глаза. А потом прошептала.
— Я тебя не боюсь. И я тоже тебя хочу… как мужчину.
— Аааааррррр. — зарычал дракон, а я напряг все мышцы и всю силу воли, чтобы сдержать неконтролируемый оборот.
Адель наклонилась к моему лицу и нежно коснулась моих губ.
Я так и не понял, что произошло. Но мой дракон затих. Я больше не чувствовал ни его похоти, ни вожделения, ни отчаяния, только всепоглощающее чувство любви.
Я углубил поцелуй, сходя с ума от ее нежных и вкусных податливых губ. Затем обвил правую руку вокруг ее талии, и притянул к себе. Адель не сопротивлялась. Наоборот, зарылась руками в мои волосы и начала активно отвечать на поцелуй.
Я медленно, сантиметр за сантиметр начал подтягивать ее сорочку, пока мои пальцы не коснулись внутренней стороны ее бедер.
Адель разорвала поцелуй и тихонечко застонала, уткнувшись лицом мне в грудь. Я медленно повернул ее, неспеша сдвинул колено и коснулся ладонью ее горячих складочек.
Жена выгнулась и учащенно задышала. Я тоже.
Слегка толкнулся пальцем в ее влажное лоно. Постепенно усилил напор. Еще… и еще…
Я чувствовал, как дрожит ее тело, видел, как она взволнованно пытается сдержать стон. В этот момент показалось, что все вокруг исчезло, растворилось, и остались только мы. Вдвоем. Кхм, втроем.
Но вот Адель не выдержала и вскрикнула от наслаждения, вмиг расслабляясь и крепче вжимаясь в мое тело.
Я выдохнул и улыбнулся. Мне было так хорошо, будто только что не она, а я достиг и получил удовольствие.
Неожиданно Адель подняла на меня свое лицо и тоже улыбнулась. А затем устроилась поудобнее у меня на груди, свернувшись, словно младенец, и заснула.
А мы с драконом не спали до утра. Смотрели и любовались нашей девочкой.
— Знаешь… — первым прервал молчание зверь. — А я ведь не знал, что можно любить… так…нежно. Я видел совершенно другое, и считал это естественным и единственно верным. Но сейчас… я понял, что заблуждался.
Я молчал, не зная, что на это сказать.
После долгой паузы дракон продолжил:
— Обещаю… ради нее... я стану другим… лучше… Похожим на тебя...
55. Первые подвижки
Солнце давно взошло над лесом и пробивалось сквозь щели в закрытых ставнях. Я же лежал не шелохнувшись, боясь потревожить сон спящей на мне жены.
Всю ночь она спала, обнимая меня и прижавшись головой к груди, а я старался тише дышать, чтобы ей было удобно.
Когда Адель открыла глаза, она резко вскочила, удивленно и растерянно огляделась по сторонам, а потом повернулась ко мне и улыбнулась.
Я улыбнулся в ответ и не сдержался. Притянул ее к груди и нежно поцеловал в макушку ее растрепанных после сна волос.