Он усмехается и снова подходит ближе. Положив тяжелые ладони мне на плечи, молча изучает порез, который совершенно меня не беспокоит.
Беспокоит другое.
Подаюсь вперед и, обхватив мужественное лицо, прислоняюсь ртом к жестким, сухим губам. Ласкаю их и отчетливо, громко вздыхаю.
Я жду инициативы от Рената, но ее нет. Никакого желания меня поцеловать, даже слабого.
Аскеров как изваяние. Холодная древнегреческая статуя.
А я точно не в себе. От будоражащего сердце удовольствия прикрываю глаза.
Мой единственный опыт — поцелуй со знакомым парнем в какой-то тупой студенческой игре в учебном кампусе. Тогда было больше неприятно: от чужих прикосновений, запаха и слюней.
А сейчас?..
— Вижу, тебе гораздо лучше. — Ренат отступает, убирая руки в карманы брюк.
Направляется к двери, а я вдруг решаюсь.
— Если бы я согласилась?.. — ловлю съезжающее с груди полотенце.
Проступающие мышцы на спине напрягаются. Это заметно даже через рубашку.
— Вчера. Согласилась сделать тебе... приятное. Что тогда?..
Обернувшись, он медленно вздыхает и, глядя в пол, качает головой, будто бы разочарованно.
— Не о том думаешь, девочка... Вообще не о том.
— Объясни...
— Лучше подумай, как бы ты себя чувствовала, если бы я сделал себе приятное. Без просьб. С помощью твоего рта.
— Ты бы так не поступил, Ренат, — тихо возражаю.
— Ты меня не знаешь, Эмилия.
Снова отворачивается, чтобы покинуть квартиру.
— Но... Я хочу тебя узнать, — бесстрашно хватаюсь за последний шанс.
Соскользнув со столешницы, иду в коридор.
— Закрой за мной дверь, Эмилия, — Аскеров холодно приказывает, доставая из пиджака зажим для денег. Оставляет на комоде пятитысячную купюру. — Твой рюкзак привезут завтра. Отцу я позвоню.
Глава 15. Эмилия
День моего девятнадцатилетия начинается с подарка, который шокирует и одновременно вызывает восторг. Отец вручает мне ключи от новенького автомобиля.
Это «Тойота». И это седан.
Возможно, не совсем то, что я бы хотела, но совершенно точно эта машина отвечает всем требованиям безопасности. Другую папа бы мне не купил.
— В автошколу тебя записал. Прогонят по ускоренной программе. Только старайся, — недовольно сообщает он, глядя в сторону.
— Уи-и-и! Спасибо, — улыбаюсь, подаваясь вперед.
Хватаю его за широкие плечи и прижимаюсь к груди. Всего на секунду. Почувствовав общую неловкость, отстраняюсь, а он два раза похлопывает меня по спине. Раз. Два.
— Ну-ну, давай.
— И за то, что друзей разрешил сюда пригласить, спасибо.
Где-то к пяти часам все собираются в беседке перед домом. Всего человек пятнадцать. Мои одноклассники, включая Сему, Петра, Баху, Кензо и Искру, которую я пригласила в самый последний момент.
— С днем рождения, — поздравляет она, приглаживая фиолетовые волосы и поправляя просторное платье.
Быстро обнимает меня и только потом рассматривает мой наряд шоколадного цвета: короткий топ и кричащую мини-юбку.
— Выглядишь, конечно, секси. Ноги от ушей, — Искорка вздыхает, будто бы это совсем не комплимент. — Как у осьминога…
— Скажешь тоже, — шутливо закатываю глаза.
— И живот плоский. Ты вообще ничего не ешь, да?
— У меня… хороший метаболизм.
— Все вы так говорите, а потом оказывается, что едите только по средам.
— Эмилия-я-я, с днюхой, — тянет Сема, по-хозяйски приобнимая меня за талию. — А музыку можно врубить? Давид Андреевич нас не задержит?..
— Тебя, Черепанов? — смеюсь, отстраняясь. — Вряд ли. Можешь врубать свою музыку!..
Отвернувшись от гостей, рассматриваю отца, который задумчиво курит в кресле на террасе у дома. Мой личный праздник навсегда граничит с самым большим горем папы.
В этот день умерла моя мама.
Когда до террасы доносится громкий бит, отец смотрит на меня не очень довольно и тушит сигарету. Я лишь развожу руками и тянусь к бокалу с легким игристым вином. Запиваю ком в горле.