— Что-то ты от меня скрываешь, подруга. Не хочешь рассказать? — Рина присела на стул, стоящий около кровати, явно собираясь слушать продолжение.
А мне впервые в жизни было стыдно рассказать о себе. Ничего хорошего в своем поведении я не видела. Речь шла об расставании со Стефаном. Впрочем, если говорить о мести за Аву, там тоже нечем было хвалиться.
— Я устала. Хочу спать, — решила уйти от ответа.
— Ой, прости, — Рина вскочила. — Может тебе врача вызвать? — всполошилась она.
— Позови. Хотя, нет. Не надо. Сами подойдут, — мне требовалось собраться с мыслями. Но напоследок я все же спросила. — А чего он приходил? Ладно Сержик, с тобой тоже все понятно. А он какими судьбами тут оказался?
— Да вроде Сержик его встретил в городе, или он ему позвонил. Я так и не поняла.
Но мужчина был явно обеспокоен твоим состоянием.
Услышанное меня обрадовало с одной стороны, но так же и огорчило. До безумия хотелось увидеть Стефана. Но что-то мне подсказывало, что вряд ли это случится. По крайней мере, в обозримом будущем.
— Так, девочки, пора прощаться, — в палату вошел мужчина в белом халате в сопровождении двух женщин, явно медсестер. Одна из них несла какой-то аппарат, а вторая держала в руках планшетку с записями. — Нам предстоит осмотр.
Рина, услышав врача, в спешном порядке попрощалась, оставив меня наедине с эскулапом от медицины и его помощницами.
Они долго меня обследовали, о чем-то советовались, пристально разглядывали.
А все было связано с тем, что до сих пор доподлинно не смогли установить причину моего болезненного состояния. Все результаты анализов показывали, что я абсолютно здоровый человек и это крайне настораживало врачей. Две женщины, которых я приняла за медсестер, оказались врачами. А троица вместе консилиумом, собравшимся по мою душу.
— Милочка, — напоследок сказал мне врач, когда я спросила когда меня выпишут, — мы вынуждены вас еще подержать, слишком уж уникален ваш случай. А я люблю все неизведанное.
К моему счастью или несчастью, смотря как сказать, в больнице я провела целую неделю, на мне перепробовали все тесты, которые можно было представить, но из заболеваний у меня ничего не нашли. Врачи разводили руками, не зная как объяснить что со мной.
Стефан в больнице так больше не появился. Если бы я хоть на долю секунды допускала, что Рина с Сержиком мне солгали, то посчитала, что они все придумали по поводу прихода Лема.
Зато на прощание доктор, курирующий мой случай, почему-то попросил передать привет какому-то Арвену. Это было сказано как-то вскользь, я даже грешным делом подумала, что ослышалась.
— Ирма, ты после больницы так похудела. Прямо смотреть страшно, — Рина смотрела на меня с немым укором. А все потому что я отказывалась от добавки пирога, который она принесла с собой. Подруга уже битый час пыталась меня накормить, а я все отмахивалась. Наконец, я не выдержала и съела маленькую порцию, но Рине все равно этого было мало. Она продолжала настаивать. Мне же совершенно не хотелось есть. Душевная боль, глубоко засевшая в душе, не давала покоя, пожирая меня изнутри. И помочь в этом мне никто не мог. От любви нет лекарства.
— Я не голодна. Поверь. Правда, — отодвинула тарелку с пирогом. Ладно.
Рассказывай. Зачем пришла? — сцепила руки в замок и ими же подперла подбородок.
— Тебя навестить, — Рина опустила глаза. — Неужели не понятно?
Подругу я знала как облупленную и хорошо видела, что ее что-то гложет. Она молчит, не рассказывает, но ее выдают жесты, легкая суетливость выдавала ее с потрохами.
— Рина, ты мне как сестра, ты же знаешь, — воспоминания об Аве, кольнули в сердце. Я только утром звонила Эльзе и спрашивала о ее состоянии. Она сказала, что ее здоровье стабильно. Не лучше и не хуже. Впрочем, отсутствие плохих новостей это уже хорошие новости.
— К чему ты это говоришь? — удивилась Рина, услышав мое вступление.
— Сестра знает когда плохо другой сестре, а так же знает, когда у нее на душе неспокойно. У тебя сейчас так. Рассказывай, что случилось?
Рина поджала губы, закусила их изнутри, явно готовясь.
Что же такое она от меня скрывает, что ей не дает покоя? Мне даже стало интересно.
— Проблемы в фонде? — пришла в голову страшная мысль.
Со своей болезнью я совсем забыла о нем. Рина взяла на себя все обязанности по его ведению, я иной раз думала, что как бы я смогла все совмещать, если бы не она.
— Нет. Все решилось, — сразу же ответила она. Потом вдруг себя поправила. — Да.
— Так нет или да? — меня удивила ее противоречивость.