— Да как ты смеешь мне угрожать? — взвизгнула Алиса в трубку. — Ты не посмеешь.
— Еще как посмею. Мне лишний пиар не помешает, а тебя он убьет. Тебе на все про все неделя, — произнесла и прервала связь.
Только сейчас заметила как трясутся у меня руки. Нервное напряжение после разговора с матерью передалось всему телу. Меня стало знобить. Жутко захотелось пить. Я, едва переступая, направилась в кухню, где еле-еле набрала стакан холодной воды. Когда начала пить у меня стучали зубы о стеклянную кромку.
— Ирма, что с тобой? На тебе лица нет, — Стефан подошел сзади, а я даже и не заметила. Он обнял меня, притянув к себе крепко-крепко, заглядывая в глаза, пытаясь разгадать что стало причиной моего состояния.
— Она не хочет ее отдавать. Но я все равно своего добьюсь, — поведала о разговоре с Алисой.
— Конечно же сестру надо забирать, — поддержал меня Стефан.
— Я хочу купить домик на побережье, ты мне поможешь выбрать? — спросила, глядя в любимые глаза. Они всегда для меня сияли загадочным изумрудным блеском. Мне хотелось утонуть в них, или раствориться без остатка.
— Ты собираешься переезжать? — удивился Лем.
— У меня не очень радушные соседи, — вспомнила о конфликте с четой Гебс. — Мне бы не хотелось, чтобы сестра стала свидетельницей возможных недоразумений. А они обязательно будут, такие люди не дадут мне спокойно жить. И я рассказала, что произошло между мной и Раулем.
— Премерзкий тип. Согласен. Таких соседей надо выжигать напалмом. Но я должен тебе кое-что сказать, — я не заметила как успокоилась, расслабившись в объятьях Стефана.
Когда кто-то говорит, что должен что-то поведать, это меня сразу же начинает напрягать. Я интуитивно ожидаю какой-нибудь подлянки, которую мне в очередной раз готова преподнести проказница судьба.
— Расслабься. Почему ты так напряжена? — удивился Лем, принявшись тереться своим носом о мой.
— Ничего хорошего от подобного вступления я не жду.
— Ну, и зря. Я всего лишь хотел тебе сказать, что у меня есть небольшой домик на побережье. И я хочу, чтобы мы с тобой обязательно туда съездили и посмотрели.
Может быть тебе там понравится, — меня приподняли под попу и посадили на стол. А Стефан встал меж моих разведенных в стороны ног.
— Что ты делаешь? — удивилась, когда осознала что именно делает Лем.
— Хочу чтобы ты расслабилась. У меня есть одно чудодейственное средство, — рука Стефана поползла по бедру, сгребая платье.
Переход от нервного напряжение в стадию возбуждения был молниеносным.
Как будто внутри меня переключили тумблер, настолько быстро все случилось.
Никогда и ни с кем не было ничего подобного. Лишь Стефан умудрялся завести меня с полоборота, не прилагая при этом особых усилий. Как назвать это я не знала, разве что магией, которой Лем владел в совершенстве. Буквально за миг моя кровь вскипела от простых прикосновений. Руки любимого мужчины на спине, на бедрах, груди, животе. Казалось, что они умудряются побывать везде где только можно, при этом успевая освобождать от одежды. Там, где они меня касались пробегали искорки.
Губы ласковые и одновременно требовательные накрыли мои, заставляя приоткрыть рот, чтобы впустить язык. Жаркий поцелуй перетек в яростное сражение. Негативные эмоции внутри меня трансформировались в животную страсть, от которой требовалось избавиться. Сиюминутно.
Сейчас.
В один миг.
Я с ожесточением дикой кошки принялась срывать со Стефана рубаху, желая как можно быстрее добраться до желанного тела. Крепкие плечи, стальные мышцы под шелковистой кожей, дурманящий запах мужчины, от которого я была без ума, все вплеталось в единую картину. Она была целостна без каких либо отклонений и недостатков.
— Я хочу тебя, — шепнул Стефан, сводя меня с ума поцелуями в шею. От наслаждения я откинула голову, позволяя ему делать все что угодно, ласкать так, как угодно.
— Какие чудесные слова, — вторила ему, зная, что не смогу отказать даже при всем желании.
Ласки медленные и неторопливые были для меня всегда изысканным лакомством. Я любила, когда Стефан никуда не спешил, позволяя себе и мне насладиться удовольствием в полной мере. Его власть надо мной с каждым днем становилась все сильнее и сильнее. И я как маленький ребенок радовалась этому.
Сложно было сказать чего больше я хотела, стать зависимой от мужчины или же, наконец, почувствовать что я кому-то нужна. И только потому, что кое-кто необходим мне, как воздух.
Стефан избавил меня от одежды и помог мне освободить его. Я с огромным вожделением руками ласкала ягодицы, спину, грудь, плечи мужчины, не позволяя взять руководство процессом на себя. Урок, преподанный мне однажды, крепко засел в голове. С тех пор я почти всегда отдавала пальму первенства в ведении танца страсти Лему. И, кстати, у него это хорошо получалось.