Сарада приуныла.
— Я пойду, у меня есть одно дело, — сухо объявил Шисуи. — Там к тебе все просятся Сакура и Наруто. Впустить их?
— Да, конечно…
Он направился к двери.
Внезапная мысль осенила Сараду.
— Постой, Шисуи! Шисуи…-сан.
Он обернулся.
— У меня есть еще один вопрос.
Сарада давно думала, как ей спросить старшего товарища о мучительном выборе, и не могла предположить, что этот разговор будет кстати в такой малоприятный момент.
— Я тебя слушаю.
— Есть один мальчик. В будущем он станет отцом моего товарища по команде, но… Кажется, я ему нравлюсь.
Шисуи молчал.
— Я не могу ответить ему взаимностью. Ведь тогда Боруто и Химавари не родятся. Однако… Если мир так изменился…
— Сарада, — оборвал ее Шисуи. — Здесь я не могу тебе помочь. Вся ответственность лежит на тебе, и это решение, которое ты должна принять сама.
Сарада вдруг почувствовала себя бесконечно одинокой, впервые за столько дней в этом временном отрезке.
— Но, знаешь… — Шисуи заговорил вновь. — Вряд ли твое решение, каким бы оно ни было, поможет этим Боруто и Химавари.
Сарада взглянула на него с недоумением и страхом.
— Потому что будущее наверняка изменилось в тот момент, когда твой мальчик понял, что ему нравишься именно ты. А этот момент уже в прошлом. Ты ничего не исправишь. В месте выбора он пошел другим путем, не тем, который привел бы его к прошлой жене и детям.
От отчаяния, сдавившего горло, стало тяжело глотать.
— Прости, — добавил Шисуи чуть мягче.
Он отодвинул створку двери и вышел из палаты.
****
Как только он показался в коридоре, ребята, ожидающее на стульях у палаты, вскочили.
— Как она? — взволнованно спросил Наруто.
— Пришла в себя, — ответил Шисуи. — Можешь зайти к ней.
Наруто сглотнул, одернул курточку костюма и робко заглянул в палату. Сакура двинулась было следом, кидая нерешительные короткие взгляды на Шисуи, но он остановил ее.
— Сакура, подожди.
— Шисуи-сан? — она удивилась.
— Пройдемся?
— Э-э, да, конечно.
Шисуи пошел по коридору больницы. Сакура сложила руки за спиной, шагала рядом и словно гадала, о чем он будет спрашивать. Возможно, неловкое молчание давило на нее, но Шисуи не был готов развлекать девочку бессмысленными беседами.
«Выбора не было».
Едва вернувшись с миссии, он отправился в госпиталь, так и не разобравшись до конца, что произошло с Сарадой. Он перекинулся парой слов с Сакурой, но она даже спустя несколько дней была в таком шоке, что ничего связно так и не объяснила. Все, что стало понятно из ее рассказа: Сарада вступила в схватку с парнем из Песка, который угрожал подопечному Майто Гая, а Сакура побежала за помощью и привела своего сенсея. Хатаке Какаши, спасший Сараду, разминулся с ним, и отыскать его Шисуи еще не успел. А основное… Основное он все-таки хотел выяснить сначала у самой Сарады. Он догадывался, от чего у нее такие колоссальные потери чакры.
Этот мальчишка из Песка — генин, который будет сражаться с Саске на третьем этапе. Генин! Шисуи знал навыки Сарады. С генином она бы справилась без Мангеке. Шисуи был уверен, что девочка использовала Канрен из любопытства. Глупо, неосмотрительно…
Но сейчас он сомневался.
Сколько вины было в ее глазах, влажных от слез. Значит, понимала, на что шла. Что, если выбора и правда не было, а этот парень действительно настолько опасен? Тогда Шисуи прекрасно понимал Сараду. Он сам так делал и не раз: прибегал к последнему козырю, чтобы спасти близких и себя самого. Но на то он и козырь, чтобы никто не знал о нем. Если противник недооценивает тебя — появляется преимущество. Если же твои техники всем давно известны — это очень-очень плохо, потому что идеальной техники нет. У любой, даже самой безупречной с виду, найдется слабое место, и противник обязательно его отыщет.
Шисуи не хотел, чтобы Сарада привлекала лишнее внимание. Если станет известно, что она обладает Мангеке Шаринганом — будут проблемы. На нее начнется охота. Смертельная опасность, грозящая со стороны Корня Данзо, лакомые соблазны от Орочимару, который мечтает завладеть телом кого-нибудь из Учиха. Девочка не была готова к такому, а Шисуи сомневался, что сможет защитить и ее, и Саске ото всех угроз.
Они отошли подальше от госпиталя и завернули в безлюдную рощицу. Сакура все так же покорно шла рядом, не говоря ни слова. Шисуи осмотрел своим додзюцу окрестности и, убедившись, что поблизости никого нет, сказал: