— Это серьезное заявление.
Сам он сомневался. Учиха, пробудивший Мангеке, был способен на многое. Хирузен помнил Шисуи, в приступе злости ворвавшегося к нему в кабинет шесть лет назад. Сила его глаз гипнотизировала, подавляла, даже если сам юноша ничего не собирался делать. С тех пор он стал еще сильнее и, как и обещал, оставался верен Листу. Но и Орочимару одолеть было не так просто. Слишком техничен, слишком хитер и увертлив.
— Я видела, как он сражался с ним в лесу, — призналась Анко. — Это было… потрясающе. Он быстр как…
Она покосилась на крайний портрет слева.
Хирузен ухмыльнулся.
Когда на смену нам приходят молодые, поверить в них всегда сложно.
Так было и с Минато. Многие сетовали, что Желтая Молния слишком молод для того, чтобы принять на себя командование деревней. И совсем немного времени понадобилось, чтобы он проявил себя как достойный Хокаге.
А сейчас они ходят, смотрят на его портрет и думают: «Если бы с нами был Минато». И я невольно тоже об этом задумываюсь. О том, кто будет после меня и чей портрет повесят пятым в этой галерее.
****
— Эй, наелся?
Услышав знакомый голос, Наруто обернулся и мгновенно осатанел.
— А-а-а! Извращенец! Обманул ребенка! Я думал, ты угощать будешь!
Это было самое настоящее свинство, оставить его одного расплачиваться в Ичираку.
— Вот дурак. Никто про «угощать» не договаривался, — ухмыльнулся отшельник, уперев руки в бока.
— И ты после этого называешь себя взрослым? Взрослым, да?!
Наруто принялся избивать упругое брюшко извращенца.
— Кстати, Наруто. Тебе нравится какая-нибудь девушка?
— А?
Он удивленно отступил от отшельника. Извращенец был каким-то странным. Сказал, что нужно рискнуть жизнью, а сам... То на источники потащил, то в Ичираку рамен. Теперь это. А тренировка? Тренировка-то как же?
— Говорю, есть ли у тебя любимая девушка?
— Ну… вообще… вроде… как бы…
Наруто смутился и задумался. Вроде как бы Сакура-чан. За нее он всегда цеплялся, чтобы не уступать Саске. Но в тот момент, когда он хотел было назвать ее имя, слова застряли в горле.
Наруто еще раз представил Сакуру: ее широкий лоб, розовые волосы, зеленые глаза. Она была привлекательной, и то, что Сакура выбрала Саске, а не его, ущемляло мужскую гордость Наруто. Но при воспоминании о Сакуре он ощутил в душе лишь пустоту. Чего-то ей не хватало для идеала, и Наруто удивился, как он не замечал этого раньше. Скажем, лицо можно было оставить тем же, но волосы пускай бы были не розовые, а черные, и не такие пышные. И глаза тоже черные. И очки бы ей тоже пошли. Такие, как у Сарады.
Страшная догадка осенила Наруто.
Черт… Неужели мне нравится нээ-чан, как… как девушка?
— На-аруто! — пристал отшельник-извращенец. — Есть или нет?
Но Наруто был слишком шокирован своим открытием. Влюбиться в Сараду казалось ему настолько неестественным и невозможным, что он даже не задумывался, что за странное чувство вдохновляло его последний месяц.
— Э-э… получается… Сарада. Так точно! Сарада-чан!
Щеки пылали.
Извращенец, зачем тебе это, даттэбайо?
— Отлично! Пошел и обнял ее, сейчас же!
— Что-о?!
Наруто подскочил.
— Это… это зачем, даттэбайо?! Это тоже часть тренировки?
— Ну… можно и так сказать, — замялся отшельник.
— А-а…
Наруто поник. Обнять Сакуру было бы и то проще, он бы схлопотал за это, но все же не впервой. А Сарада была другой. Так бесцеремонно хватать ее, как предлагал отшельник-извращенец, было нельзя. Почему-то нельзя. Наруто отлично помнил, как обнимал ее в детстве, вис на ногах и руках, душил за шею и утыкался носом в ее короткие волосы. Однако сейчас почему-то Сарада стала запретной территорией, и прикоснуться к ней — было почти преступлением. Это еще надо было заслужить, трогать Сараду! И, черт, что, если она подумает не то, разочаруется в нем еще больше? Но нет, это нужно для тренировки! Если это поможет в тренировках и он победит Неджи, то восстановит свою репутацию во что бы то ни стало!
Наруто бормотал все это вслух, и отшельник-извращенец завис над ним, озадаченно почесывая белую гриву.
— Тренировки требуют жертв. Я должен! Нет… Что она подумает…
Наконец, озабоченный учитель устал от его метаний и от души пнул Наруто в зад.
— Да иди уже!
****
Рокудайме, которого Сарада уже привыкла называть Какаши-сенсеем, объявил перерыв на полтора часа, и они с Саске отправились обратно в центр деревни. Тренировка началась еще в шесть утра, и тело уже ломило от тайдзюцу.