Она подбила кунаи сюрикенами.
Черт. Сражаться за себя и защищать его — так я не справлюсь!
Сарада очутилась перед Шикамару.
— Шикамару! — задыхаясь, крикнула она. — Прячься!
Парень за спиной вздрогнул и будто пришел в себя. Дрожа, стал отползать спиной к кустам, но не успел. Земля вокруг них ожила, и ноги увязли в земляной ловушке.
Черт!
Шаринган засек вражескую технику. Из тени деревьев от очага чакры выстрелили сгустки воды.
Земля. Теперь водяные пули. Две природных трансформации…
Сарада моментально сложила печати и выдохнула пламя. Вода с шипением врезалась в огонь. Благо, ее было не так много.
Заметив, что техника прекратилась и очаг чакры переместился, Сарада ударила в землю. Осколки породы в трещинах вновь пришли в движение, и ноги с трудом удалось освободить из ловушки. Но шаринган видел летящие сюрикены, а увернуться или отразить их в этом положении Сарада уже не успевала. Она закрылась руками.
Раздался звон, и один кунай глубоко врезался в левую руку.
Только один.
Остальное оружие лежало на расколотой земле. Сарада резко обернулась. Позади согнувшись стоял Шикамару. Он едва держался на ногах, но, похоже, немного отошел от шока и успел хоть как-то отбить атаку.
Спасибо.
А Сарада все слабела. Видела очаг чакры противника, мелькающий в кустах.
Поддерживать шаринган смогу еще минуту, если без техник, чисто в рукопашную.
Однако остановить Сараду уже было невозможно. Убив восьмерых взрослых мужчин, она вошла в кураж, и отпускать девятого ей не позволял перфекционизм.
Вижу тебя.
Сарада выдернула из руки глубоко врезавшийся кунай, отразила им новые и отступила в тень деревьев. Чакры оставалось немного. Сарада лихорадочно соображала, что же ей делать: погасить шаринган и экономить чакру — риск упустить внезапную атаку и не заметить перемещение противника; оставить шаринган — потратить все силы сейчас и остаться ни с чем, когда нападет враг.
Что же делать. Черт… Что же мне делать?!
Сарада выбрала первый вариант.
К хорошему привыкаешь быстро. Без обостренного восприятия шарингана ей показалось, что она ослепла. Для обычного человека достаточно было видеть привычную зелень летнего леса, но для шиноби — нет. Теперь Сарада не могла определить, где скрывается невидимый враг.
Шиноби Звука понял, что чакра у нее кончилась. Он появился из-за спины и ударил кунаем. Сарада в последний миг отвела его атаку своим кунаем, зажатым в здоровой руке. Без шарингана и на пределе сил сражаться со взрослым мужчиной, она уже не могла.
Попробовать гендзюцу?
Но решить, стоит ли пустить последние капли чакры на шаринган, Сарада не успела. Она все еще сдерживала кунай врага и одну руку противника, но мужчина ударил ее по лицу свободной. Сарада упала на землю. Очки соскользнули и улетели в траву. Голова гудела. В нечетком зеленом мире она видела серую тень с очертаниями человека, которая неумолимо приближалась. Память услужливо подкинула жуткий момент гибели от руки того Учиха в оранжевой маске.
Снова умирать…
Силуэт мужчины становился все более различимым вблизи. Сарада уже четко видела черты его лица, но противник вдруг перестал приближаться и замер прямо над ней.
— Сарада, сейчас! — не своим голосом заорал Шикамару.
Она вскочила на ноги и с диким воплем зарядила кулаком по врагу.
— Шаннаро-о!
Захрустели кости, и страшный удар отбросил мужчину назад. Шиноби Звука, удаляясь, вновь стал нечеткой серой тенью, стукнулся спиной и затылком о ствол дерева, обмяк и свалился в траву.
Сарада, не удержав равновесия, рухнула на колени. Голова все еще гудела, щека ныла. По руке стекала теплая липкая кровь.
Надо найти очки.
Но сил подняться и искать не было.
— Восемь. Был еще девятый! — взволнованно воскликнул Шикамару.
— Я убила его первым.
Он вздохнул с облегчением. Присел рядом и осторожно надел ей обратно очки. Холодные дужки коснулись щек, скользнули за уши. Мир немного исказился и снова стал четким. Сарада смотрела в лицо Шикамару, который испуганно глазел на нее.
— Получилось… — произнес он дрожащим голосом. — У нас получилось…
Сарада спасла его, а Шикамару спас ее, каким бы ни был вклад каждого в эту победу. Нара, которого уже все успели скинуть со счетов, в последний момент выжал из себя остатки чакры и обездвижил врага своим Теневым Подражанием.