Шисуи чувствовал угрозу со стороны Данзо, но до конца не представлял, что ему с ним делать. Уничтожить мужчину и его подчиненных физически – так, как когда-то пытался поступить с ним сам Данзо, Шисуи не мог. Это противоречило его принципам, и Шисуи ни за что бы не решился на такой шаг. К тому же, на пороге карьеры Хокаге, все это могла быть хорошо спланированная провокация, и в итоге вместо кресла в Резиденции его ждала бы тюремная камера.
Идеальным решением было бы применить к старику Котоамацуками, но техника еще не восстановилась, так что Шисуи размышлял над другими видами гендзюцу. Пусть не настолько надежными, но подобными. Он даже готов был разработать новое, однако для этого следовало подождать, пока восстановятся глаза.
А ждать было нельзя.
После беседы с Данзо Шисуи пришел к выводу, что старик приложит все усилия, чтобы не позволить ему стать Пятым Хокаге. Но каким образом? Убьет его? Захватит в заложники Саске или Сараду? Просто подставит?
Шисуи знал, что Данзо никогда не действовал напрямую. Он предпочитал таскать каштаны из огня чужими руками и отсекал все ведущие к нему нити. Люди сведущие подозревали Данзо, но фактически никаких доказательств никогда не было. Тогда, после миссии на границе, все пытались обставить как нападение Анбу Тумана. Сейчас же Шисуи был на пике, люди знали, насколько он силен. Его избрали Пятым Хокаге, и приписать его внезапную гибель случайности никак бы не вышло, потому что возник бы резонный вопрос: кто способен на такое и, главное, у кого был мотив?
Шикаку рассказал ему про заседание совета, и Шисуи полагал, что открыто нападать на него Данзо не станет.
«После совета все ведь первым делом подумают на тебя, Данзо. Тебе невыгодно устранять меня, — размышлял он. — Но никто не мешает тебе тайно меня шантажировать...»
Неопределенность тревожила Шисуи. Он был уверен в своих силах. На поле боя с реальным врагом ему не было равных, однако ожидать удара в спину на территории своего дома было невыносимо. Чтобы победить в такой тайной политической войне, нужно было действовать беспринципно, бить Данзо его же оружием.
Может, это и правильно. Шиноби не должен избегать любых эффективных методов для достижения своей цели.
Но Шисуи скорее был готов признать, что он не состоялся как шиноби, чем опуститься до такого. Он ступил на чужую территорию, где игра велась совсем по другим правилам, и чувствовал себя слепым. Отказываться от кресла Хокаге Шисуи не собирался и дал ясно понять это Данзо. Время поджимало, а он не имел понятия, что ему делать, и начинал понемногу паниковать, хоть ему это и было несвойственно.
— Я дома!
Квартира ответила ему тишиной. Шисуи защелкнул замок и скинул сандалии. Он заметил в прихожей обувь Саске, покачал головой, пересек гостиную и заглянул в крайнюю комнату. Мальчишка лежал на кровати на боку и будто бы дремал, но очень чутко. Услышав, как открылась дверь его комнаты, Саске проснулся и обернулся.
— Как прошла тренировка?
— Как обычно, — буркнул Саске. — Чего ты не пошел с нами?
— У меня были дела. Где Сарада?
— Мне какое дело?
Шисуи устало закатил глаза.
— Не знаю, — снизошел Саске. — Она ушла сразу после тренировки. Не сказала куда.
— Вот как.
Не нравится мне все это.
Шисуи вышел в гостиную и хотел было закрыть за собой дверь, но вдруг услышал скрежет. Он насторожился и шагнул обратно в комнату. Саске напрягся и с тревогой поглядывал в сторону балкона — тоже слышал. Шисуи подошел к окну, раздвинул шторы и увидел, как по балкону прохаживается хромающий ворон. Он напряг глаза, всматриваясь в нечеткий силуэт. Это был не его ворон и не просто случайная птица, посланная Сарадой.
Черт, узнаю эту походку. Это же Дайса.
Шисуи отодвинул створку двери и вышел босиком на балкон. Хромой ворон отпрянул, наклонил голову и уставился на него черными глазами.
— Твоя птица? — недовольно спросил Саске.
Он был немного встревожен. Слишком уж резко и поспешно Шисуи выскочил на балкон.
— Да. Все нормально.
Шисуи присел на корточки и выпятил локоть, показывая Дайсе, что можно сесть ему на руку. Но ворон пугливо отпрянул.