Однако позволить извращенцу утащить с собой Саске для обучения новой технике Наруто не мог категорически, потому мгновенно согласился отправиться в путешествие.
По пути к отшельнику он рискнул сделать крюк мимо дома, где обитали Учиха.
Черт знает, на сколько затянется его «экспедиция». Я ведь не успокоюсь, если не разберусь с этим сейчас.
Ждать под домом было некогда, и Наруто решился на отчаянный шаг. Он зашел в подъезд и поднялся на этаж, к квартире Саске и Сарады. Никогда он не позволял себе такого.
Саске опять скажет, что я идиот. И ладно.
Наруто стоял перед дверью квартиры и собирался с духом. Он сделал глубокий вдох, нажал на кнопку звонка и напрягся в ожидании, прислушиваясь. За дверью было по-прежнему тихо. Никто не спешил открывать ему. Наруто подождал несколько минут и позвонил снова.
Может, они ушли на тренировку?
Когда и после третьего звонка никто не ответил, он печально вздохнул и поковылял вниз.
Опять не вышло, даттэбайо…
****
Какаши закрыл дверь на ключ. За пределами квартиры Сараде стало особенно неуютно и страшно. Она нервно осматривалась в поисках жуков.
— Куда мы? — хмуро спросил Саске.
— В Резиденцию. Я не могу сидеть с вами бесконечно.
— Но…
— Не переживайте.
В общий коридор влетел запыхавшийся Паккун и растянулся на полу, раскинув короткие лапки и вывалив язык.
— О, Паккун. Какие новости? — спросил Какаши.
— Загонял, — буркнул пес, тяжело дыша.
— Ну-ну, прости…
— Нашел кое-что интересное. Пойдешь?
Паккун с трудом поднялся, облизнул влажный нос и вопросительно уставился на него.
— Да. Только отведу ребят.
Сарада напряглась.
«Что это он нашел? Может… Может, он нашел того, кто действительно виноват в смерти Шисуи-сана, — подумала она с надеждой, но тут же встревожилась: — Или узнал о том, что я сделала?»
Дневная жара и шум людных улиц действовали на нервы. Мирная суета торгашей и гражданских казалась пустой и бестолковой. Эти люди жили обычной жизнью, не подозревая о том, что творилось в шаге от них.
«…ни в чем не виноваты…» — напомнил голос Шисуи.
Но Сарада заглянула в свое сердце и не обнаружила ни малейшего желания защищать их.
Ночной страх плавился под ярким светом солнца. Сарада все еще опасливо озиралась, чтобы не пропустить насекомых, но в пустой душе вновь оживали заклинившие было механизмы.
Любопытный голос Итачи мягко скользнул по ушам:
«Правда? Сможешь сама уничтожить Корень?»
Сейчас, при свете дня, это казалось более тяжкой задачей, чем накануне вечером. Вчера все было просто. Она была одна в безлюдной роще, на нее напали враги. Она чувствовала в себе необъяснимую болезненную силу, которая пробуждала жажду убийства, и Сарада радостно этой силе потакала. Не было ничего сложного в том, чтобы, стоя под защитой папиной техники, просто лишать жизни окружающих.
Однако сейчас Сарада видела множество препятствий.
Она помнила, что база Корня Анбу находится где-то у основания скалы Хокаге, но что, если за последние годы они поменяли дислокацию? А если и нет, так просто туда не войти. Можно прорваться с боем, но не факт, что добраться до Данзо будет так просто, да и пойти на Корень открытой войной — и ее остановят уже обычные Анбу и джонины. Она не одолеет всех. Если попадется на таком — ее осудят. Тогда что? Бежать из Конохи? Куда? К тому же, не факт, что мнение Данзо не разделяли все остальные.
Сражаться в одиночку против целой деревни?
Чем больше Сарада думала, тем больше находила преград. Любопытство дяди теперь казалось вполне обоснованным.
Просчитал все мгновенно, стоило мне сказать. Знал, что ничего у меня не получится.
Впереди показались красные стены Резиденции. Вблизи она выглядела не так ярко и величественно: краска на стенах оказалась местами выцветшей и облупилась. Следуя за сенсеем, они поднялись по внешней лестнице и вошли на один из этажей.
Паккун перед ними вдруг замер ни с того ни с сего.
— Он здесь.
Саске резко напрягся и вооружился кунаем.
— Кто здесь?
— Выдохни, — остудил его пыл Какаши-сенсей и толкнул ближайшую дверь.
Саске немного расслабился и опустил руку с оружием. Сарада осторожно заглянула в полутемное пыльное помещение вслед за сенсеем. Повсюду стояли стеллажи, забитые книгами и свитками. Над одной из секций горели лампы. Какаши уверенно направился на свет.