— Он не знал, что вы имеете к этому отношение.
— Хм. Правда?
Итачи прищурился.
— Учиха Шисуи никогда не был идиотом. Я думаю, он не исключал, что между позицией деревни и твоим поступком есть связь.
— И опираясь на эти догадки, вы вынесли ему приговор, — заключил Итачи.
— Ты правда считаешь, что твой бывший друг невинен и чист душой? — едко спросил Данзо.
Итачи промолчал. Он так не считал. И он признавал, что в словах Данзо есть рациональное зерно.
Учиха Шисуи, которого Итачи знал с самого детства, никогда бы не пошел на то, что во всех красках расписывал сейчас лидер Корня. Но и тот Итачи, которого с детства знал Шисуи, никогда бы не вырезал свой клан. После трагедии Учиха они изменились оба. Прошло немало лет с тех пор, как их дороги окончательно разошлись, и за это время могло произойти все, что угодно.
Мог ли Шисуи контролировать с помощью гендзюцу советников и Третьего? Мог. Мог ли он продумать план, как бы занять пост Хокаге и разрушить Коноху изнутри в отместку за гибель Учиха? Учиха Шисуи мог все. Он был светел и добродушен, но в то же время умен и тверд характером. Итачи не верил в то, что его друг действительно собирался разрушить Скрытый Лист, но возможность подобного допускал.
Данзо хранил молчание, давал ему время поразмыслить.
— Ваши слова не лишены логики, — сказал наконец Итачи. — Однако вас это не оправдывает.
— М-м?
Старик подозрительно прищурился.
— Вы вынесли приговор Шисуи. А я вынес приговор вам.
Повисла тишина.
— Поясни, — потребовал Данзо.
— Я сохранил вам жизнь, чтобы вы приносили пользу Конохе. Но в последнее время вы не оправдываете моих ожиданий.
Тонкие губы Данзо растянулись в недоброй улыбке.
— Так ты, значит, все еще считаешь Шисуи Телесного Мерцания своим другом? Мне казалось, он о тебе противоположного мнения.
— Я считаю, что вы лишили Скрытый Лист мощной военной силы, руководствуясь не здравым смыслом, а паранойей и предубеждением против Учиха. Вы совершили ошибку, которая дорого обойдется и деревне и, в первую очередь, вам.
Данзо презрительно хмыкнул.
— Я благодарен тебе за отлично выполненную миссию, Учиха Итачи. Но не тебе решать судьбу Листа и не тебе судить о моих решениях. Ты все еще юн и, кроме того, ты теперь отступник…
Итачи беспечно прикрыл веки.
— Мне.
Глава 60. Управляющий временем
60
Слабый свет от ламп едва ли добивал до тех рядов, куда забрела Сарада. Старых книг по медицине было действительно достаточно, но ее они не интересовали. В памяти всплывали строки из «Медицинского Вестника Конохи», который она читала когда-то давно, но, как и прежде, Сарада не понимала их смысла.
И как мама во всем этом разбиралась?
Глаза немного привыкли к полумраку, и читать названия стало проще. Помятый свиток с надписью «Антология». Рядом — книга «Патологии сердца у детей». Целая связка старых выпусков «Медицинского Вестника Конохи».
Не то, все не то!
Сарада стирала пальцами пыль с корешков книг, зарывалась глубоко в свалки на стеллажах, невольно глотала рассеянную в воздухе пыль.
«История ядов. Падения великих феодалов». Сарада выхватила свиток, расстелила его тут же на полу, поправила очки и жадно вчиталась. История да история. Случаи отравления и поверхностные описания симптомов, названия каких-то трав. Ничего конкретного. Не то! Она небрежно свернула свиток и запихала обратно в щель.
Ее охватил азарт. Если они боролись против яда… значит, ей срочно нужно было выяснить о ядах все.
Сарада безжалостно скинула с полки связку старых выпусков «Вестника» и залезла вглубь стеллажа чуть ли не по пояс. Выгребла оттуда из глубины какие-то свитки. Раскрыла. Не то.
Она переместилась на другой стеллаж.
Только бы Аоба-сан задержался здесь подольше.
«Методы экстракции токсинов».
Токсины. Токсины, это как яды.
Сарада развернула рассыпающуюся книгу с разорванным корешком.
«…микроорганизмы, обитающие в кишечнике, проникают через стенки в кровеносное русло и распространяются по всему трупу уже через несколько часов после смерти. Именно под действием энзимов бактерий начинается гниение. В результате в мертвых телах образуются токсичные соединения, которые мешают исследователям определить наличие некоторых ядов в гниющих органах и тканях трупа…»
Сарада зажала рот и попыталась подавить приступ тошноты. Ее снова охватила нервная дрожь. Она перелистнула страницу в надежде, что там-таки будет что-нибудь о ядах.