Сараде не хватало воздуха. Ее отец валялся на полу избитый. Ехидный серокожий мечник говорил что-то про сестру и Цукуеми, и Сарада подозревала, что это каким-то образом относится к ней... Но сейчас, столкнувшись лицом к лицу со своим страхом, не насильно, как накануне вечером, а добровольно, в попытке защитить отца, Сарада смутно начинала понимать, что имел в виду Шисуи, когда сказал, что никто в деревне не знает настоящего Итачи.
Он был весь соткан из противоречий. Мягкий, спокойный и смертельно опасный одновременно. Итачи не убил Саске и не убил ее, ни вчера, ни сейчас, хотя Сарада была уверена, что он это сделает. Но он не сделал. Не воспользовался ее заминкой, нерешительностью и слабостью.
Топот ног приближался, а за ним и крики Кисаме. Послышался липкий звук. Запахло чем-то кислотным и затхлым, гниющим. Сарада почувствовала, что проваливается спиной в стену. Мягкая влажная субстанция касалась голых рук и затягивала в себя. Дядина рука на горле разжалась. Сарада с наслаждением вдохнула, но…
Черт. Нет. Не уходи!
Однако Итачи уже потерял к ней интерес.
— Не повезло, Итачи, Кисаме. Вас съели с потрохами, — послышался довольный голос Джирайи. — Я призвал сюда пищевод гигантской жабы с горы Мёбоку. По вам все равно петля плачет. Хоть жабу накормлю.
— Да… да что это вообще, даттэбайо? — пролепетал голосок Наруто.
— Наруто! Стой смирно, — приказал саннин. — Это моя техника.
Итачи отстранился, и Сарада наконец увидела, что творилось вокруг. Стены, пол, потолок коридора затянуло толстой розовой оболочкой. Наруто застыл на полдороге к ней, а Джирайя сидел на корточках поодаль, погрузив руки в изменившийся пол.
Это и правда пищевод жабы?
— Кисаме, уходим, — скомандовал Итачи.
Сарада хрипло дышала и растерянно наблюдала, как фигура ее дяди срывается с места и устремляется в рукав коридора за поворотом. Туда, где все еще виднелось окно, сквозь которое пробивался белый дневной свет.
— С-стой!
Она закашлялась. Громко кричать после стальной дядиной хватки на горле не получалось. Сарада попыталась выбраться из липкой теплой стены, но пищевод гигантской жабы с горы Мёбоку упорно не отпускал. Впрочем, не только ее. Великан Кисаме тоже увяз, только не в стене, а в полу. Он с величайшим трудом вырвался, сделал пару шагов, застрял снова и попытался вызволить из жабьей ловушки свой огромный меч. Наконец ему удалось освободиться, и он со всех ног рванул вслед за Итачи.
— Бесполезно! — крикнул вдогонку Джирайя и самодовольно добавил: — Отсюда еще никто не уходил.
Кисаме пронесся мимо Сарады и тоже скрылся за поворотом. Мягкие стены пришли в движение, вспучились, пошли волнами и устремились вдогонку за беглецами.
Окно исчезло. Силуэты отступников тоже.
Где-то вдалеке за движущимся переплетением живой плоти послышался взрыв. Самодовольную ухмылку с лица Джирайи смело тревогой. Он сорвался с места и помчался следом за Итачи и Кисаме.
Наруто растерянно наблюдал за ним, застыв посреди коридора.
— Э… извращенец?
Сарада продолжала беспомощно барахтаться в стене. Нанадайме подбежал к ней и протянул руки.
— Сарада-чан! Ты в порядке?
Наруто уперся ногами в мягкий пол и что есть мочи потянул ее за руки. Стена нехотя отпустила свою жертву с липким чавкающим звуком. Сарада упала на руки Наруто, и они вместе повалились на пол, задев бесчувственного Саске: от боли и нехватки кислорода он потерял сознание.
Сарада попыталась подняться на ноги, упираясь руками во все подряд: в живот Наруто — тот мгновенно заскулил от боли; в пищевод жабы, но тут же брезгливо отдернула руку.
Наконец Сарада уперлась Нанадайме в плечи и поднялась на колени, а он оттолкнулся от мягкого пола и тоже присел. С нескрываемой тревогой Наруто изучал ее лицо. Робко протянул руку, дотронулся до влажной щеки Сарады и посмотрел на свои пальцы, блестящие от слез, едва заметно подкрашенных разбавленной кровью.
— Нээ-чан… — произнес Наруто каким-то странным голосом.
Будто коснулся загадки, которую не до конца понимал. И не просто загадки, а некой страшной тайны. Настолько страшной, что был бы не в силах в нее поверить, даже если бы разгадал.
Сарада размазала кулаком по щекам слезы, поднялась с колен и протянула руку Наруто. Ладонь будущего Хокаге была сухой и теплой. Хватка пальцев крепкой, словно он пожимал руку мальчишке, а не позволял помочь себе подняться хрупкой девушке.