Она уже искала в библиотеке в книгах по энтомологии что-нибудь про клановых кикайчу, но не нашла ровным счетом ничего. Вся информация об этих жуках небось была засекречена и хранилась внутри клана Абураме.
Недавняя встреча с молодым учителем натолкнула Сараду на мысль, что лучше поделиться с ним своей тайной и попросить совета, чем загубить насекомых окончательно. Сарада помнила Шино-сенсея из будущего как ответственного и правильного человека, да и с виду он был замкнут и не особо разговорчив, так что Сарада решила предложить ему взаимовыгодную сделку: в перспективе поделиться с ним секретом яда и антидота, и надеяться, что тайна останется тайной. Наивная идея, но хотя бы попробовать стоило. Предложить и наблюдать за реакцией. И в зависимости от реакции...
Если что-то пойдет не так, у меня все равно есть план к отступлению. Пусть ненадежный, но когда-то же нужно попробовать...
Жизнь приучила Сараду людям не доверять, поэтому с тем, чтобы открыться, она тянула до последнего. И лишь когда рядом с несчастным тридцать восьмым жуком упокоились также тридцать седьмой и тридцать шестой, Сарада убедила себя, что это откровение — вынужденный альянс, и все-таки решилась раскрыть свой секрет молодому учителю.
Шино неуютно озирался.
— Дальше идем, дальше, — подгоняла его Сарада.
Она открыла дверь и впустила сенсея в комнату Шисуи. Пока Саске отлеживался в больнице можно было позволить себе приводить в дом кого угодно.
— Вот они, на столе.
Шино явно заинтересовался. Никто из его соклановцев ядовитыми жуками, похожими по описанию на питомцев Сарады, не владел.
Он взял пробирку, слегка встряхнул и смотрел, как вяло ползают по скользкому стеклу оголодавшие насекомые.
— С живыми существами обращаться нельзя так.
Сараде показалось, что невидимые за черными очками глаза косятся на нее с осуждением. Она смутилась и сложила руки за спиной.
— Ну я же не знала, как с ними…
В Шино-сенсее за двадцать лет жизни изменились разве что размеры и имидж, но никак не манера разговора и не характер. Все такой же нудный, дотошный, упрямо-правильный, но в то же время загадочный и мудрый.
Шино спокойно откупорил пробирку.
— А-а?! Что ты делаешь?
Сарада отскочила. С руки учителя взлетели его жуки и заползли в пробирку к ядовитым. Шино закрыл пробку.
— Поделиться чакрой с твоими своих кикайчу я заставил.
Он встряхнул пробирку, наблюдая, как взаимодействуют насекомые.
— Жуки… питаются чакрой?
Шино кивнул.
— Жилище побольше подобрать им следует.
Разобравшись с насекомыми, он повернулся к Сараде.
— Откуда у тебя кикайчу эти?
— Подарок от дяди.
Шино нахмурился. То ли поверил, то ли знал, что родных у Сарады нет, и решил, что она просто пытается отвадить его с назойливыми расспросами.
— Принадлежит их хозяин к Корню, не так ли?
Сарада замерла и настороженно уточнила:
— Откуда ты…
Учитель удовлетворенно кивнул.
— Нет в нашем клане кикайчу похожих. А значит, из Корня их владелец. Откуда о яде ты знаешь?
Сарада опустила взгляд.
— Шисуи-сан рассказал.
Этого ответа должно было быть достаточно. Уже вся деревня знала, что Учиха Шисуи мертв. В каких делах он был замешан при жизни — оставалось тайной, и дальше расспрашивать Сараду не имело смысла. Шино и не стал.
— Рассказать о кикайчу этих в клане я должен.
Сарада напряглась. Этого-то она и боялась.
— Мы же договорились, что это будет нашей личной сделкой. Без этого никак? — ледяным тоном осведомилась Сарада.
— Нет, — отрезал Шино. — Теперь взглянул я и вижу: слишком опасны они.
Сердце часто забилось в груди. Сараде стало жарко. Все летело к чертям. Все планы, все надежды.
Она сцепила зубы.
Чем я только думала. Ему нельзя позволить рассказать о них в клане. Там не удовлетворятся ответом «дядя подарил», да и… отберут скорее всего. А потом… вдруг всплывет…
Сарада невольно одернула себя, когда поняла, что у нее перед глазами уже разворачивается воображаемая битва с сенсеем, а затем следуют грешные мысли, как бы незаметно избавиться от трупа и что делать со свидетелями.