В какой-то момент впереди появился Мизукаге с обломком меча, а рядом с Сарадой — Боруто, который тут же создал клонов и ринулся в бой. Сердце захлестнуло теплое ощущение солидарности. Рядом товарищ, он считает ее своей. Всегда придет на помощь, и взгляд его чист. В нем нет холодного презрения, отчуждения… Есть протест и злоба, но они направлены не на нее, а на Седьмого Хокаге.
Сарада проснулась со слезами на глазах. Сердце часто колотилось, лицо исходило жаром.
Боруто вряд ли теперь родится. Если я вернусь в будущее, у меня будет другая команда, и, скорее всего, они тоже будут считать меня чужой, как и Тентен, Гай-сенсей…
Сарада почувствовала, что сейчас разрыдается, и усилием воли остановила разбегающиеся мысли. Они замерли и стали медленно растворяться, пока не исчезли вовсе. Снова стало тихо, спокойно, пусто.
Вспыхнул желтый свет торшера.
В прихожей ничего не изменилось. Саске не вернулся.
Следующим утром Сарада наведалась в госпиталь. Ей пришло в голову, что за время ее отсутствия Наруто мог возвратиться из своего путешествия, Какаши-сенсей — очнуться, и тогда вполне вероятно, что Саске со своей командой ушел на миссию. Но в госпитале ее ждало разочарование. Рокудайме все так же лежал без сознания, а о Саске здесь не слышали. Он не приходил с тех пор, как выписался.
Тогда где же ты, папа?
Сарада нервничала все больше, но обратиться ей было не к кому. К тому же, если Саске где-то прятался добровольно, то подними она на уши шиноби деревни, он бы озверел и снова перестал с ней разговаривать.
На второй день после возвращения с миссии перед тренировкой с командой Гая Сарада сидела дома и кормила чакрой жуков. Она держала на коленях контейнер, прижимала руку к прозрачной пластиковой стенке, а напротив ее ладони и пальцев с обратной стороны стенки собирались прожорливые насекомые. Они так четко распределились по площади ладони, что казались жирными клещами.
На тренировку идти не хотелось. Все мысли занимал отец.
Саске словно сквозь землю провалился, и Сарада убеждалась в том, что все это неспроста. Она решила перед тренировкой заглянуть к Сакуре. Возможно, мама что-то знала?
Утро было свежим и влажным, но яркое солнце обещало теплый день. Затаив дыхание, Сарада остановилась у двери дома, где обитали в этом времени ее родные. Занесла руку, но так и не решилась постучать.
Ни дедушки, ни бабушки в ее будущем уже не было в живых к тому моменту, как умерла мама, и встретиться с ними живыми вновь Сарада не была морально готова. Она вздрогнула от отголосков громкого крика. Знакомые интонации пробрали ее до глубины души.
«… такая. Бестолковая! Тебя никто замуж не возьмет, такую неряху!»
Бабушка. Точно бабушка.
Сарада мысленно порадовалась, что бабушка Мебуки не видела того, что творилось сейчас в квартире Учиха. Проблем с чистоплотностью у Сарады никогда не было до недавних пор, но отныне времени не хватало катастрофически, и расставляя приоритеты, она откладывала уборку на потом.
Маму нужно было срочно спасать, потому она собралась с духом и все-таки постучала. Крики стихли. Квартира родных притаилась в настороженном любопытстве. Минуту спустя дверь отворилась, и на пороге показалась удивленная Сакура.
— Кто там? — ворчливо осведомилась бабушка из глубины дома.
Сакура отклонилась назад и прокричала:
— Это ко мне!
Она поспешно обулась и выскользнула на улицу.
— Идем?
Готовность матери с ней прогуляться Сараду не особо растрогала. Мотивы Сакуры были понятны: оставаться под одной крышей с бушующей бабушкой Мебуки — то еще удовольствие. Мама явно искала повод, чтобы улизнуть, только это и добавило Сараде решимости постучаться.
Сакура расправила плечи, по привычке сложила руки за спиной и запрокинула голову.
— Я не помешала? — учтиво осведомилась Сарада, втайне надеясь, что в голосе не мелькнет ирония, от которой ее просто распирало.
— Нет-нет, что ты, — поспешно ответила Сакура. — Наоборот. Рада была выбраться оттуда. У тебя…
Она запнулась. Наверное, хотела что-то спросить про семейные проблемы Сарады, но вовремя сообразила: вопрос будет очень и очень некстати.