Выбрать главу

— Шикамару?

На сердце потеплело. Наруто был счастлив видеть его вновь. Может, и хорошо, что первым знакомым, которого он встретил, была не Сарада. Он бы хотел встретиться с ней без свидетелей и все откладывал этот момент встречи, как откладывают напоследок самый вкусный кусочек.

— Наруто, когда это ты успел вернуться?

— Только что!

Он одним прыжком сиганул вниз со столба. Шикамару осмотрел его оценивающе.

— А ты больше не выглядишь как дурачок. Ты… как бы это сказать, — он задумчиво потер большим и указательным пальцами подбородок. — Ты изменился.

Наруто довольно заулыбался.

— Хе-хе, а то! Я стал сильнее!

Он продемонстрировал Шикамару напряженный бицепс и с интересом уставился на блондинку. Знакомое лицо, эти хвостики, веер… Вроде бы, он когда-то видел что-то такое, но вот где?

— Напомни еще раз… Ты кто?

— Ты не помнишь? — возмутилась блондинка.

Наруто ехидно спросил:

— А вы вдвоем что… того… этого… на свидании, да?

Шикамару устало вздохнул. Блондинка фыркнула и уперла руки в бока.

— Ха. Дурацкая шутка. Еще чего! Стала бы я с таким встречаться. Скоро экзамен на чунина, вот мне и приходится бегать туда-сюда между Конохой и Песком, чтобы следить за приготовлениями.

— Мендоксе… После того, как я стал экзаменатором, меня назначили ее сопровождающим. Это гемор, конечно. Но что поделать?

— Экзамен на чунина? Навевает воспоминания…

Наруто задумчиво посмотрел на небо.

Экзамен на чунина…

Слишком много всего было связано с ним. Победа над Неджи. Битва с Гаарой. Но Шикамару не дал ему насладиться приливом ностальгии.

— Что собираешься делать?

— А? Пойду поем рамен!

Шикамару цыкнул и вздохнул.

— Я не об этом. Я про экзамен на чунина.

— А?

— Ты единственный из нашей возрастной группы, кто не стал чунином. Даже дурачину Томбо повысили. Он неплохо так выступил на втором этапе.

— Томбо? Кто такой То… Стоп, что?! Все наши стали чунинами?! И Сакура-чан? Сарада-чан? Все-все?

— Э-э. Почти, — Шикамару на мгновение засомневался, но тут же уверенно выдал, качнув головой в сторону блондинки: — Эта особа и Канкуро из Песка — уже джонины.

— Что-о?! Ты… ты джонин? — Наруто бесцеремонно указал пальцем в живот блондинке. — А… а Гаара? Что Гаара?

Шикамару чуть скривился и с опаской покосился на свою спутницу. Та поджала губы и холодно ответила:

— Гаара мертв.

— Что? — растерянно вымолвил Наруто.

Блондинка, не говоря ни слова, обошла его и двинулась куда-то по улице. Шикамару остался на месте, не стал ее догонять. Он тяжелым взглядом смотрел вслед посланнице из Песка и, стоило ей отойти на порядочное расстояние, заговорил:

— Темари — старшая сестра Гаары.

— А… а-а…

— Он погиб на прошлом экзамене.

— Но…

Наруто не мог поверить своим ушам. Гаара был самым сильным на их экзамене. Казалось, его невозможно убить.

— Он был невероятно силен, — ошарашенно пробормотал Наруто. — Как, даттэбайо?

Шикамару тяжело вздохнул.

— Он взялся курировать второй этап в Демонической Пустыне в Суне. Против Казекаге был заговор. Его убили свои же, из Песка. Заманили в ловушку во время экзамена.

— Казекаге… Так погиб еще и новый Казекаге?

— Гаара и был новым Казекаге, — терпеливо пояснил Шикамару.

— Что?

В голове творился хаос. Мыслей было слишком много, и Наруто не мог ухватить ни одной. Так и стоял, бессмысленно пялясь на старую женщину, которая отдирала от водосточной трубы объявление.

Гаара стал Казекаге? И… погиб?

Наруто поискал глазами отшельника, но того и след простыл. Слинял куда-то, а он и не заметил как.

— «Убили свои же»? — неверяще переспросил Наруто. — Но почему?

Шикамару неуютно огляделся.

— Это не уличный разговор, знаешь.

— Наруто нии-чан! — раздался звонкий голосок.

К ним с громким топотом подлетела команда генинов Конохамару. Конохамару сиял.

— Ты вернулся!

Моэги, улыбаясь, приложила к сердцу обе руки. Удон вытер нос суставом указательного пальца.

— Не сейчас, Конохамару, — тихо попросил Наруто.

— Лидер, ты чего? Я тебя столько лет не видел, корэ! — расплывшись в своей щербатой улыбке, выпалил Конохамару.

— Конохамару, не сейчас! — ледяным тоном прервал Наруто и яростно взглянул на него.

Конохамару перестал улыбаться и неуверенно отступил к своим.